Мир в огне. История Первой и Второй мировых войн в цвете

Марина Амарал, Дэн Джонс

Подробнее

Фрагмент книги «Мир в огне. История Первой и Второй мировых войн в цвете»

Введение

28 июля 1946 г. на севере Франции, в маленьком городке Бар-ле-Дюк французский генерал и государственный деятель Шарль де Голль думал о том, каким неспокойным оказался тот отрезок истории, в который ему выпало жить. Бар-ле-Дюк находился в департаменте Мез, и в этом скорбном месте де Голлю предстояло выступить с речью и поделиться своими размышлениями о совсем недавнем прошлом.

Предыдущее поколение вырыло в земле Меза глубокие, сырые, страшные окопы; две гигантские армии, обладавшие адски безжалостным новым оружием, почти год вели здесь страшное побоище и потеряли погибшими без малого три четверти миллиона человек. А за два года до того, как де Голль собирался произнести свою речь, на этой едва оправившейся земле разыгрались заключительные сражения нового страшного конфликта, в которых армии сходились не на жизнь, а на смерть и без всякой пощады истребляли мирных жителей — обыкновенных людей, по несчастью, оказавшихся не в том месте в страшное время.

Де Голль говорил сдержанно, отдавая дань героическому прошлому: это были «величайшие события в нашей истории», и тем, кому выпало участвовать в них, теперь требовалось «не растратить всю силу своих душ». То, что истерзало Мез, он назвал ни много ни мало как трагической «войной длиной в тридцать лет». Можно сказать, это были сполохи пожарища, которое полыхало всю первую половину века. Де Голль утверждал: мир сегодня страдает так же, как Европа страдала в XVII в. от Тридцатилетней войны. Через два года Уинстон Черчилль, во время войны премьер-министр Великобритании, обыграл эту же мысль в первом томе воспоминаний об исторических событиях, которые вместе с другими своими книгами он хотел сделать летописью «новой Тридцатилетней войны»1.

В наши дни мало кто разделяет такую точку зрения. Историкам гораздо удобнее считать Первую (1914–1918) и Вторую (1939–1945) мировые войны двумя близкими во времени, но разными конфликтами, которые, если можно так выразиться, лучше всего хранить на разных полках. Возможно, в этом есть резон, но, что бы мы ни предпочли, где бы ни провели исторические границы, большинство согласится с Черчиллем в том, что 1914–1945 гг. стали временем «двух величайших катаклизмов, известных истории».

Читай без интернета

Любимые книги всегда доступны для чтения без доступа к интернету. Для этого всего лишь нужно загрузить книгу на устройство.

Мы в Telegram

@patephoneapp