Деньги в истории человечества

 

 

 

 

 

 

 

 

 

David McWilliams

MONEY

A Story of Humanity

 

Перевод с английского Евгения Поникарова

 

В оформлении обложки использована иллюстрация © 178365965 / Shutterstock.com, автор Jirik V

 

В оформлении шмуцтитулов использованы пиктограммы © 2147012523/Shutterstock.com, автор stas11

 

Все иллюстрации во вкладке — Wikimedia Commons.

 

 

Мак-Уильямс, Дэвид

Деньги в истории человечества / Дэвид Мак-Уильямс ; [перевод с английского Е. В. Поникарова]. — Москва : Азбука Бизнес : Издательство АЗБУКА, 2025.

 

ISBN 978-5-389-31389-7

 

18+

 

Ирландский экономист Дэвид Мак-Уильямс живо и увлекательно исследует неразрывную связь между прогрессом человечества и деньгами – от глиняных табличек Месопотамии до современных криптовалют, от древнегреческих полисов до Уолл-стрит, от флорентийских менял до центральных банков великих держав. Ни одна инновация не определяла эволюцию вида Homo sapiens так глубоко и так радикально, как деньги. Однако несмотря на их абсолютное доминирование в наших умах и поведении, большинство из нас по-настоящему не понимают роли и сущности денег. Откуда они берутся? Сколько их в мире? Кто их реально контролирует? Почему в определенный исторический период лидировала та или иная страна или группа стран?

Деньги неразрывно связаны с каждой сферой нашей деятельности от политики до искусства. Греческая культура распространилась по Средиземноморью благодаря серебряным тетрадрахмам, а Римская империя захватила мир за счет кредита. Итальянское Возрождение началось с легкой руки флорентийских банкиров, а самое позорное европейское наследие, колониализм, стало возможным из-за появления акционерных обществ. История денег – это история самого любопытного, изобретательного и опасного вида животных на земле. Наша история.

 

© 2024 by David McWilliams

© Поникаров Е. В., перевод на русский язык, 2025

© Издание на русском языке, оформление.
ООО «Издательство АЗБУКА», 2025
Азбука Бизнес^®

 

 

 

Шан, за все [1]

Предисловие

Одна из самых интересных особенностей этой книги – то, что она связывает деньги с важными историческими событиями, о которых вы, возможно, даже не подозревали. Даже если вы знали, что некоторые римские императоры обеспечивали свой образ жизни за счет обесценивания денег, вы, скорее всего, никогда не отдавали себе отчет, в какой степени сам крах Римской империи связан с обесцениванием денег. А кто из вас слышал, что Чарльз Дарвин потерял состояние, спекулируя железнодорожными акциями, и что его теория эволюции появилась отчасти благодаря его интересу к экономике?

Дэвид Мак-Уильямс написал не просто историю появления новшеств в области денег и финансов. Он аргументированно объясняет важность этой истории.

Суть его рассуждений: там, где есть деньги (и финансовые инновации), происходят процессы, невозможные там, где нет денег (и финансовых инноваций). Очевидный пример здесь – внешняя торговля, однако существует множество и не таких очевидных. Скажем, история финансовых инноваций довольно точно совпадает с историей искусства – по крайней мере, в традиционном понимании истории искусства. Каждый человек, совершавший паломничество к святыням западной цивилизации – Древняя Греция, Флоренция эпохи Возрождения, Нидерланды XVII века, – сам того не ведая, приобщался к истории финансовых инноваций. Каждый великий взлет в искусстве, похоже, вызван появлением той или иной формы кредитного дефолтного свопа [2].

Восхищают также очерки Мак-Уильямса о новаторах в финансовой сфере. Похоже, что существует некий негласный закон: мужчины (а это, кажется, неизменно мужчины), занимающиеся финансовыми инновациями, – как раз те люди, встречаться с которыми вы бы своей дочери не пожелали. Иоганн Гутенберг, папа Пий II, Джон Ло – вырисовывается настоящая эстафета, где мошенники передают палочку негодяям, которые затем отдают ее аферистам. Эти личности проявляют уникальную способность завоевывать доверие людей и использовать его, чтобы сотворить что-нибудь с их деньгами.

Главной темой на этих страницах естественным образом становится доверие. Различные изобретения в области денег и финансов – монеты, балансы, двойная бухгалтерия, резервные валюты, бумажные деньги, центральные банки, закладные и так далее – представляют собой формы доверия, которое, по-видимому, способно выжить, как бы серьезно им ни злоупотребляли. Например, как раз тогда, когда голландцы создали свой знаменитый тюльпановый пузырь, они также изобрели бессрочную облигацию – кредит, который не имеет срока погашения. «Можете ли вы представить, – спрашивает Мак-Уильямс, – насколько сильным должно быть доверие к деньгам в обществе, чтобы люди соглашались на кредит, который, как они знают, никогда не будет возвращен, и при этом считали такую схему разумной формой сбережений?» Словно все мы молчаливо согласились с тем, что финансовое доверие, даже если его часто предают, – слишком ценная вещь, чтобы от него отказываться.

Последним заметным витком в этой истории, несомненно, являются криптовалюты. Они родились из недоверия к властям и банкам, но затем пришли к той же самой необходимости в доверии – и так же обычно нарушили его. Мак-Уильямс рассматривает современные события в истории денег как войну за право стать тем, кому можно верить. Он пишет: «В ближайшие годы развернется серьезная битва между частными деньгами, выпускаемыми частными организациями, и государственными деньгами, выпускаемыми органами государства от имени граждан». Каким бы ни было будущее, Мак-Уильямсу стоит доверять в этом вопросе. Должен же существовать кто-то, кому можно верить.

Майкл Льюис, автор книг «Покер лжецов»,

«Большая игра на понижение», «Flash Boys»

Май 2024 года

Введение

Деньги, падающие с неба

Представьте, что с неба падают деньги. Сунули бы вы банкноту в карман, прежде чем рассказать об этом кому-либо? Надо думать, большинство из нас сначала приберет себе несколько купюр и только потом сообщит властям.

Именно на такую реакцию рассчитывал Гитлер, когда планировал сбросить миллионы фунтов на территорию Британии в разгар Второй мировой войны. Гитлер знал, что происходит, когда деньги теряют ценность. Он пережил гиперинфляцию Веймарской республики и понимал, что деньги – это оружие, равного которому нет. Деньги могут дестабилизировать страну, и в этом он разделял мнение своего идеологического врага Владимира Ленина, который заметил, что самый простой способ нанести удар по обществу – это «развратить его валюту» [3].

Утверждается, что в интервью лондонской газете Daily Chronicle, опубликованном 23 апреля 1919 года, Ленин заявил, что у него есть план по уничтожению власти денег, чтобы разрушить то, что осталось от старого Российского государства после Октябрьской революции 1917 года:

Наше казначейство ежедневно выпускает сотни тысяч купюр... с сознательным намерением уничтожить ценность денег... Поэтому самый простой способ искоренить сам дух капитализма – это наводнить страну банкнотами высокого номинала без финансового обеспечения. Уже сейчас сторублевая купюра в России почти не имеет ценности. Скоро даже самый простой крестьянин осознает, что это всего лишь клочок бумаги... и великая иллюзия ценности и силы денег, на которой зиждется капиталистическое государство, будет разрушена [4].

Хотя Гитлер и Ленин являлись идеологическими противоположностями, они оба понимали феноменальную мощь денег: подорви денежную систему – и ты подорвешь ткань общества. О совершенно секретном плане сбросить на Британию миллионы банкнот знали лишь несколько высокопоставленных нацистов. Возможно, некоторые честные подданные короля и обратились бы к властям, но Гитлер исходил из того, что большинство британцев припрячет несколько купюр под матрас. Он фактически пытался использовать людей, которых Наполеон в свое время назвал одержимой деньгами «нацией лавочников». Ввод в обращение фальшивых денег спровоцировал бы инфляцию – тем более что экономика Британии в значительной степени переориентировалась на военные цели. Продавали лишь небольшое количество потребительских товаров и предметов первой необходимости, поэтому цены на них отличались нестабильностью. В условиях дефицита вброс новых денег взвинтил бы цены в стране до небес, вызвав переполох. Гитлер надеялся, что прежде тихие и послушные британцы впадут в панику, и наступивший хаос подорвет их боевой дух и поставит под угрозу военную экономику.

Гитлер запустил производство нового оружия в июле 1942 года. Планировалась величайшая подделка в истории. Комендантам концентрационных лагерей разослали телеграмму, в которой предлагали найти печатников, граверов, художников, наборщиков, специалистов по краскам и бумаге, бывших банковских служащих. Для подобной операции требовались также математики и взломщики кодов, чтобы расшифровать последовательность нумерации фунтов. Из лагерей по всему Третьему рейху в Заксенхаузен свезли измученных, истощенных людей. Перед 142 узниками поставили задачу обрушить Банк Англии.

Эти фальшивомонетчики из концлагеря напечатали 132 610 945 фунтов стерлингов, что в пересчете на сегодняшние деньги составляет примерно 7,5 миллиарда фунтов [5]. Чтобы сбросить эти банкноты над Британией, требовались целые эскадрильи бомбардировщиков. В мае 1942 года, когда немцы разрабатывали план, самолеты у них имелись, однако к моменту появления фальшивых купюр в 1943 году ситуация в войне изменилась [6]. Германия проигрывала, ресурсы люфтваффе уходили на Восточный фронт, и военная экономика не могла выделить авиацию для массового сброса денег.

В отличие от Гитлера, который не контролировал Банк Англии, Ленин мог задействовать официальный монетный двор России, чтобы посеять желаемый хаос. Оба вождя преследовали сходные цели: они хотели, как выразился Ленин, разрушить «великую иллюзию ценности и силы денег». Два диктатора, два демонических знатока человеческой психологии видели людские слабости, динамику толпы и глубины, до которых могут опуститься люди.

Деньги могут обладать большей властью, нежели религии, идеологии или армии. Манипулируя деньгами, можно влезть не только в систему ценообразования, уровень инфляции и прочие экономические механизмы, но и в головы людей. История гитлеровской фальшивки наглядно демонстрирует силу денег.

Слепое пятно экономистов

Мое племя поглотила глобальная дискуссия о деньгах. Мы, экономисты, – словно первосвященники новой религии – возложили на себя обязанность объяснять людям тайны денег. Моя карьера монетарного экономиста началась в Центральном банке Ирландии – том самом святилище, где деньги волшебным образом создаются из воздуха. Подобно тому, как католический священник превращает гостию [7] в тело Христа во время Святого причащения, банкиры берут ничего не стоящие бумажки и превращают их в деньги. Впечатляющее чудо. Мы все верим в него, следовательно, оно должно быть реальностью. Но так ли это на самом деле? На самом деле деньги – это абстракция, и ценность они обретают лишь тогда, когда мы (или достаточная доля людей) верим в них. Деньги, как и вера, – это продукт человеческого воображения.

Из центрального банка я перешел в инвестиционный банк, где деньги, наколдованные центральным банком, превращаются в другую форму денег – взрывоопасные обещания, которые мы называем кредитами. Центральные банки и коммерческие банки совместно управляют миром денег, контролируя объем средств в обращении, кто их получает и по какой цене. Эти учреждения играют ключевую роль в механической истории денег; они могут объяснить, как деньги циркулируют в экономике. Экономисты могут рассказать вам, что делать, если денег слишком много или слишком мало. Но даже если вы понимаете схему водопровода – то, как деньги текут по экономической системе, – это не значит, что вы понимаете суть этой истории. Пусть водопроводчик и знает, как вода течет по трубам, однако он, возможно, не сумеет объяснить, почему вода необходима для жизни. Самый захватывающий аспект денег – это то, что они творят с нами: как они нас меняют, что позволяют нам делать и как пробуждают наши самые сокровенные желания – и хорошие, и ужасные. Хотя в течение многих лет я был полноправным членом племени экономистов, я пришел к выводу, что большинство их на самом деле не понимают, что такое деньги.

Экономисты сводят на нет удовольствие от денег. Они весьма эмоциональная субстанция, они могут быть греховными, сексуальными, опасными, изменяющими сознание. Деньги – это сила, это господство, но они могут принести и освобождение. Деньги обеспечивают независимость. Деньги мотивируют нас и высвобождают энергию, а как мы распорядимся этой появившейся энергией, зависит только от нас. Одни хотят, чтобы возможности денег были доступны и другим людям, другие стремятся копить только для себя. Деньги не навязывают человеку мораль, они ее усиливают. Если человек считает, что жадность – это хорошо, то он будет обращаться с деньгами соответствующим образом. Если он верит в равенство и права человека, он направит деньги на достижение этих целей. Дело в том, что мы даем деньгам жизнь, и они меняются вместе с нами и меняют нас.

Сегодня, хотим мы того или нет, весь наш мир вращается вокруг этого странного выдуманного понятия, которое Ленин назвал «великой иллюзией». Появившись тысячи лет назад, деньги занимают центральное место в современной культуре – это универсальный язык, который понимают и богатые инвесторы, живущие в хайтеке Кремниевой долины, и бедствующие рикши в Старом Дели. Люди, живущие за тысячи километров друг от друга, не знающие чужого языка и чужих обычаев, знают деньги и разговаривают друг с другом с их помощью. Деньги – это сила, которая направляет потоки людей, товаров и идей по миру. По ним оцениваются наша работа и наши таланты; по ним же оценивается и будущее.

Как мы увидим, одной из самых первых функций денег было установление сегодняшней цены для завтрашнего дня. Что такое процентная ставка, как не цена времени, выраженная в деньгах? Когда вы оформляете ипотечный кредит на тридцать лет, вы рисуете себе картину своей жизни через тридцать лет (хотя не всегда задумываетесь об этом). По сути, вы воображаете свое будущее посредством денег.

Деньги определяют отношения между работником и работодателем, между покупателем и продавцом, между торговцем и производителем. Но они также определяют связь между управляющим и управляемым, между государством и гражданином. Деньги открывают доступ к радостям жизни, определяют цену желаниям, искусству и творчеству. Они побуждают нас стремиться, достигать, изобретать и рисковать. Деньги также обнажают темные стороны человеческой натуры: корысть, зависть, ненависть, насилие и, конечно, колониализм, в основе которого зачастую лежало стремление к несметному богатству.

Деньги сложны, потому что сложны люди.

Волшебный инструмент

Деньги – это гениальная технология; ее изобрели, чтобы помочь нам договариваться во все более сложном и взаимосвязанном мире. Мы обычно не воспринимаем деньги как некий инструмент или технологию. Не то что мы совсем не думаем о деньгах: напротив, мы думаем о них, видимо, даже чаще, чем нам хотелось бы. Деньги нам требуются, чтобы жить, и из-за этой насущной необходимости мы редко позволяем себе роскошь помыслить о деньгах по-другому. Если у вас их недостаточно, вы беспокоитесь о том, как добыть больше. Если у вас их много, вы беспокоитесь о том, как бы их не потерять. Большинство из нас не отказалось бы иметь немного больше денег, и, найдя простой способ их получить, мы бы, вероятно, им воспользовались. Деньги дают свободу, и в этом их основная привлекательность: вооружившись деньгами, вы можете изменить свой мир, улучшив контроль над собственной жизнью.

Хотя деньги занимают центральную роль в нашей жизни, мы редко задумываемся о них более концептуально. Мы не останавливаемся, чтобы задать себе относительно простые вопросы, например: что такое деньги? Откуда они берутся? Могут ли они закончиться? Можем ли мы создать больше денег? Возможно, отсутствие таких содержательных вопросов и есть показатель истинного успеха денег. Пока они циркулируют и заставляют мир вращаться, мы счастливы, что они существуют, не вдаваясь в подробности их происхождения.

Пытаясь объяснить, как развивались наши предки, мы часто концентрировались на источнике энергии или физической технологии, которые способствовали прогрессу – например, изобретение колеса, открытие угля или появление плуга. Но что насчет социальных технологий, которые помогли организовать людей для достижения общих целей, усовершенствовав их сотрудничество? Одним из таких инструментов стал язык, который люди разрабатывали на протяжении десятков тысяч лет, получив в итоге сложные, точные и коллективные средства общения. Однако реальный прогресс в социальном сотрудничестве произошел несколько тысячелетий назад с появлением сельского хозяйства. Люди перестали ограничиваться общением только с семьей и родом, они стали жить в более крупных постоянных поселениях бок о бок с незнакомцами.

Каждый из нас слышал мантру, что деньги – корень всех зол, однако деньги – это еще и инструмент мира. Вместо того чтобы убивать соседей ради еды и вещей, новые оседлые земледельческие общества научились торговать с помощью денег. Деньги были альтернативой войне, а не ее причиной. Если мы можем вести обмен между собой и с чужими племенами по согласованным ценам, зачем сражаться?

Торговля позволила создать форму более мирного сосуществования между народами, даже совершенно чуждыми, принадлежащими к разным регионам и культурам. Мы обменивались не только товарами, но также идеями, правилами и новшествами. С зарождением сельского хозяйства человечество встало на тот путь развития, который в конечном счете привел к возникновению городов, наций и империй с централизованной структурой власти и социальной иерархией. В качестве охотников-собирателей нам приходилось вести борьбу с матерью-природой, но когда люди начали обрабатывать землю, у них появились излишки продовольствия, которые государство могло облагать налогом. Мы придумали письменность, геометрию, астрономию, цифры, математику, философию, архитектуру и политическую теорию – вещи, которые ассоциируются у нас с тем, что мы именуем цивилизацией. Шестеренки человеческой цивилизации вращались, продвигая нас по пути технологического прогресса: одомашнивание животных, культивирование и скрещивание различных растений, усовершенствованные методы хранения пищи, распространение и транспортировка товаров по морю. Деньги – одна из основополагающих технологий, способствовавших процветанию человечества, хотя это нередко и упускают из вида.

Чем сложнее становились наши общества, тем прочнее укоренялись деньги. Первые цивилизации, которые ввели деньги, получили конкурентное преимущество перед другими, и это привело к инновациям, радикально изменившим историю современного человечества. Мы увидим, что деньги – это подрывная технология [8] и что новые формы денег постоянно заменяют старые системы в непрерывной монетарной эволюции, которая инициирует экономическую, социальную и политическую эволюцию в цикле обратной связи.

Плутофиты

За последние пять тысяч лет деньги кардинально изменили человечество и наши отношения друг с другом и с остальной планетой. Это, пожалуй, определяющая технология Homo sapiens. Мы эволюционировали совместно с деньгами: мы формировали деньги, но деньги также формировали нас. Антропологи часто называют человека «пирофитным» видом [9], подразумевая, что он сформировался под воздействием огня [10]. Наблюдения в этой книге связаны идеей, что за последние пять тысячелетий мы стали – прошу прощения у лингвистов-пуристов за изобретенное мною слово – плутофитным видом [11], то есть видом, который приспособился к деньгам. На протяжении 400 тысяч лет главной технологией, влиявшей на развитие человечества, был огонь; эта книга утверждает, что в течение последних пяти тысяч лет эту роль играли деньги. Мы были пирофитным видом, но постепенно превратились в плутофитный. Эта книга посвящена отношениям между любопытной обезьяной и удивительной технологией.

В отличие от других технологий деньги эфемерны. Они живут в наших головах, представляя собой ценность, но по своей сути не имеют ценности. Чтобы деньги работали, необходим определенный скачок ментальной абстракции. Как ни странно, деньги имеют ценность не тогда, когда их мало, а когда их много. В этом смысле они напоминают еще одну удивительную человеческую технологию – язык. И деньги, и язык – это феномены толпы. Как и в случае с языком, чем больше людей используют деньги, тем большую ценность они обретают. Точно так же, как диалекты включаются в более крупные и более полезные языки, различные формы денег, изначально придуманные для торговли внутри небольших групп, приходят к более крупным, более полезным и более адаптивным формам денег, самой известной из которых сегодня является американский доллар.

Центральное свойство денег – представлять универсальную ценность, которую все понимают и принимают, – один из краеугольных камней современных организованных обществ. Деньги оказались одной из самых привлекательных и долговечных идей последних пяти тысячелетий. В итоге общества, основанные на деньгах, заменили все остальные способы организации людей – будь то феодальные системы, основанные на землевладении, аристократические иерархии или коммунистические нирваны.

От охотника-собирателя
к собирателю данных

Дорогие читатели, вам предстоит отправиться на прогулку с экономистом, который, честно говоря, несколько скептически относится к способностям своего племени изложить историю денег. Мы рассмотрим многие культуры, сыгравшие определенную роль в развитии денег, и проследим, какие новшества они внедряли. Мы увидим, что освоение денег совпало с другими инновационными прорывами, такими как письменность и счет, законы, демократия и философия. Эта совместная эволюция порождает вопрос: являлись ли деньги причиной других явлений или эти другие явления привели к развитию денег? Что здесь было курицей, а что – яйцом?

Мы начнем с Африки, где найдены первые археологические свидетельства счета, возможно, даже рудиментарной бухгалтерии – не те вещи, что обычно у нас ассоциируются с каменным веком. Затем мы перейдем к первым деньгам в городах Месопотамии около 3500 года до н. э. Мы увидим, что греческая цивилизация со своими понятиями логики, демократии и философии опиралась на торговлю и чеканку монет, а огромная Римская империя строилась не только на завоеваниях, но и на кредите. В эпоху раннего Средневековья масштабы хождения денег в Европе сократились – равно как и использование некоторых других краеугольных камней классической цивилизации. Уменьшение количества обращающихся денег препятствовало прогрессу. Однако возрождение денег в XI веке привело к расцвету Флоренции, положив начало эпохе Возрождения, а затем и Реформации.

Мы понаблюдаем за функционированием денег в эпоху революций, начиная с Голландской республики XVI и начала XVII века и заканчивая Американской и Французской революциями XVIII века. Европейский колониализм раскрыл темную сторону денег, когда они столкнулись с человеческим достоинством – и, к сожалению, победили. Мы рассмотрим связь между деньгами, либеральной мыслью и интеллектуальным прогрессом в XIX веке, двигаясь от теории Дарвина к модернизму и современности.

Мы увидим, что каждое нововведение в этой сфере – например, процентная ставка, появление монет или внедрение балансов – приводило к дальнейшим инновациям, одно достижение служило стартовой площадкой для другого. Отобранные для каждой главы истории неизбежно носят избирательный характер: основное внимание уделялось тем инновациям в финансовой сфере, которые, на мой взгляд, помогают объяснить связь между деньгами и человеческим прогрессом: одна вытекает из другой, и все толкают историю цивилизации вперед. Эту книгу написал белый (почти розовый) ирландец в Дублине. Будь она написана кем-то другим в другом месте, то истории оказались бы другими – но не менее подходящими. Я надеюсь, что выбранные мною сюжеты окажутся живыми, и вам будет столь же интересно их читать, как мне было интересно их писать.

На этом пути мы встретим Кушима, первого человека, чье имя сохранилось в письменном виде; Ксенофонта, первого в мире экономиста; императоров Нерона и Веспасиана; а также самого Иисуса. Мы заглянем в мир Данте, Фибоначчи, Гутенберга и Петра Великого, проведем время с Джонатаном Свифтом, Шарлем Талейраном и Александром Гамильтоном, а затем заскочим к Чарльзу Дарвину, Роджеру Кейсменту, Джеймсу Джойсу и Джуди Гарленд. Перед знакомством с криптовалютой мы узнаем о величайшем фальшивомонетчике мира, окунемся в хаос, царивший в студии канала Fox News в Нью-Йорке в день краха банка Bear Stearns в 2008 году, и повстречаемся с людьми, которые контролируют мировые деньги сегодня.

В греческой мифологии Зевс наказал Прометея за то, что тот подарил людям огонь – технологию настолько мощную, что Зевс опасался, что с ее помощью мы одолеем богов. Греки осознавали, что овладение огнем означало колоссальный сдвиг в отношениях между людьми и остальной частью планеты. Они считали, что люди созданы из четырех элементов: земли, воздуха, огня и воды. Эти силы формировали их вселенную. Около пяти тысяч лет назад мы изобрели еще одну силу, пятый элемент: деньги. Если огонь был прометеевской силой Древнего мира, то деньги – это прометеевская сила современного мира. К лучшему или к худшему, но умная обезьяна сформировала этот мир таким образом, что, на мой взгляд, он невозможен без денег.

История денег – это история самого человечества.

1

Деньги в начале

Блокчейн каменного века?

В Королевском бельгийском институте естественных наук в Брюсселе хранится кость Ишанго; ее возраст – примерно 20 тысяч лет. Ее обнаружили на берегу реки Конго в 1950 году, примерно через столетие после того, как европейские колонизаторы впервые обрадовались коммерческим возможностям, которые открывала эта водная артерия, в то время практически неисследованная. Протекающая через всю Центральную Африку река Конго была и остается жизненной артерией для этого региона. На протяжении тысячелетий она служила основной торговой магистралью.

Кость Ишанго – это малоберцовая кость бабуина с рядами насечек. Археологи расходятся во мнениях о назначении этого артефакта, однако существует гипотеза, что каждая отметина обозначает сумму, которую один человек был должен другому, а в совокупности они представляют собой запись торговой сделки или систему долгов и платежей [12]. Возможно, насечки на кости указывают, что сделки завершены и задолженность погашена, а может быть, наоборот, означают, что оплаты еще не было [13]. Если кость Ишанго действительно являлась торговой биркой, то насечки на ней также представляют собой первый известный пример выражения стоимости, весьма сложной концепции. Оценивание стоимости – это упражнение в абстрактном мышлении, не в последнюю очередь потому, что моя оценка и та цена, которую я готов заплатить за какую-то вещь, могут сильно отличаться от вашей оценки и той цены, которую вы готовы заплатить за то же самое.

Возможно ли, что для решения этой проблемы наши африканские предки и разработали рудиментарную форму торговли, в рамках которой им понадобился учет? Если история человечества начинается в Африке, то почему бы истории денег не начинаться там же? Согласно описанному предположению, эти африканцы вели счет. Кость Ишанго – очень ранняя технология записи, и если эти предки вели счет с целью торговли, то, скорее всего, основной расчетной единицей являлись люди. Первородным грехом денег было рабство.

Согласно классической версии истории нашего вида, люди кочевали, где-то селились и снова кочевали, а затем около 5000 года до н. э. осели небольшими сообществами, где со временем основой социальной организации стали деньги. Но теория ранней торговли, основанная на кости Ишанго, предполагает, что наши африканские предки могли размышлять о деньгах задолго до этого. Люди, сделавшие насечки на кости Ишанго, были охотниками-собирателями, стоявшими на пороге нового мира. Центральное место в их древнем сообществе каменного века занимала технология, напугавшая Зевса: огонь.

Кухня Евы

Археологи, антропологи, биологи и историки подчеркивают, что наша доместикация как вида во многом зависела от огня. Американский антрополог Джеймс Скотт идет еще дальше и называет нас видом, адаптированным к огню, – «пирофитным» видом [14]. Наши тела претерпели изменения, когда мы приспособились к огню, под воздействием огня изменились и наша среда, и животные, на которых мы охотились и с которыми жили. Хотя мы по-прежнему вели кочевой образ жизни, зоны нашей охоты и собирательства постоянно сужались, поскольку с помощью огня мы получали доступ ко все большему количеству питательных веществ, затрачивая при этом меньше усилий [15].

Люди используют огонь уже более 400 тысяч лет. Огонь позволил обустраивать различные стоянки, пригодные для жизни на протяжении нескольких сезонов. Возможно, у нас в голове сложился образ охотника-собирателя, который скитается без цели, добывает что придется, практически не имеет власти над окружающей средой и полностью зависит от прихоти природы. Разумнее считать, что у охотников-собирателей имелась некая система организации – вы можете считать ее ранней экономикой. Не экономикой, оперирующей деньгами, налогами и так далее, а экономикой в смысле социальной структуры, с определенной иерархией, понятной членам племени.

В эпоху кочевой экономики бо́льшую часть земли покрывал густой, почти непроходимый лес. Меняя ландшафт, люди облегчали повседневное существование. Охотники-собиратели заметили, что природные пожары расчищали огромные участки леса, обнажая укрытия и логова животных, которые годились в пищу. Они обратили внимание, что после пожара тип растительности меняется: на смену густому лесу приходят быстрорастущие травы [16].

Влияние огня на эволюцию трудно переоценить. Огонь означал, что мы могли готовить еду. Еда – это энергия, и чем разнообразнее рацион, тем больше энергии получает организм. До появления огня люди питались сырой животной и растительной пищей. Огонь обеспечил нам еду, переваривать которую было гораздо проще: готовка как бы «пережевывает» и «переваривает» еду за нас, позволяя получать больше калорий при меньших усилиях. Приготовление пищи также обрело социальный аспект, поскольку совместная трапеза у очага сплачивала племя. Мы можем представить себе, как наши предки собирались у костра, готовили, жевали, болтали, грелись, флиртов…