Иллюстрация на обложке Demara (Марии Смирновой), Елены Дукельской

Дизайнер оформления Елена Дукельская

Иллюстрация с героями в блоке Анны Зайки

Андреева Е.

Добро пожаловать в Жутвилль! Комната с летающими письмами / Екатерина Андреева. — М. : Махаон, Издательство АЗБУКА, 2026. — (Фантастика для детей).

ISBN 978-5-389-33164-8

12+

Настоящие друзья и смекалка побеждают зло! Новая загадка в необычном городке Жутвилль...

Перед каникулами Тима и его одноклассники пришли на экскурсию в музей магических артефактов. Гуляя по музею, школьники случайно узнали, что волшебный орех Кракатук украден, а его место занимает муляж. Работники музея хранят это в строжайшем секрете от жителей Жутвилля. Если могущественный артефакт попадёт в злые руки — все будут в опасности. Тима и его друзья решают вмешаться. Ведь взрослым такие ответственные дела доверять нельзя!

К чему приведёт новое расследование?

© Екатерина Андреева, 2026
© Оформление. ООО «Издательство АЗБУКА», 2026
    «Махаон»^®

 

 

 

ПРЕДИСЛОВИЕ

Cреди тёмных лесов и глубоких трясин, вдалеке от человеческих глаз и шумных улиц стоял славный городок Жутвилль. Другой такой больше и не сыщешь на белом свете.

С неба на город мягко падал пушистый снег. Густая тёмная ночь заволакивала улицы, заполняла каждый укромный уголок и тихо нашёптывала: «Спи, закрывай глазки, разноцветные сны ждут тебя». И городок засыпал.

И что за славные сны снились его необыкновенным жителям! Одна старая ведьма шумно похрапывала на своей метле, так и не перебравшись на кровать. Она парила во сне над дремучими лесами и зловонными болотами, пытаясь угнаться за котелком, который отчего-то отрастил ножки и поскакал подальше от надоевшей ведьмы.

В соседнем домике беспокойно ворочался в своей бутылке старый джинн. Всё-таки спать в бутылках не очень-то приятно. И снилось ему, как он скользит и скользит под раскалённым солнцем в поисках более удобного дома. Конечно же, просторного и желательно покрытого золотом. Такого, о которых сам джинн обычно рассказывал на уроках истории.

На другой улице хихикала во сне юная русалка. Был этот народец весёлым и поиграть любил не только наяву. Ухватив за крепкую шею пенного коня, она неслась вперёд, мечтая выиграть в морских скачках. Белая грива взметнулась, мощные копыта ударили по волнам, и звонкий мелодичный смех разнёсся под хмурым небом. От таких энергичных снов недолго и устать!

Жители городка мирно спали, похрапывая, посапывая и даже похрюкивая в своих разноцветных снах. И только в одном доме в небольшой комнатке под самой крышей горел мягкий свет.

Тима перевернул очередную страницу книги и сонно похлопал глазами. Строчки вдруг стали путаться и меняться местами, не давая продолжить чтение. Тима широко зевнул и пробормотал:

— Опять мама книгу заколдовала! Я ведь почитал совсем чуть-чуть!

Подкроватный Монстр недовольно заворчал. Соглашался ли он с мамой или с мальчиком, было не разобрать, но книги казались такими таинственными, что Монстр предпочитал держаться от них подальше. Мало ли какое колдовство в них прячется!

— Жаль, что я не умею расколдовывать их обратно.

Мальчик потёр глаза и соскочил на пол. Босые ноги тут же пощекотал лёгкий холодок — это Монстр радостно дыхнул на них из своего укрытия. Тима подошёл к окну и выглянул на улицу. До чего красиво! Крупные пушистые снежинки кружились над землёй, мягко укрывая одеялом одну улицу за другой. Крыши домов одевались белым и походили на воздушные пирожные, покрытые сладким кремом. Тима облизнулся: вот бы сейчас заглянуть в пекарню к Сладкоежке! В зимний сезон он обязательно наготовит новых чудесных лакомств, которых не попробовать больше нигде во всём мире.

Тима мечтательно улыбнулся. До Нового года оставалось всего две недели. Да, долгие. Да, непростые. Настоящее испытание для каждого школьника. Но всё-таки впереди волшебный праздник, подарки, угощения и, конечно же, долгожданные каникулы. Тима в предвкушении потёр ладошки. Вместе с лучшими друзьями они написали такие длинные списки дел на каникулы, что не терпелось взяться за них как можно скорее. Правда, его подруга фея Фиона, или попросту Фи, сильно сомневалась, что они успеют переделать хотя бы половину. Но Тима не сильно беспокоился на этот счёт — Фи всегда относится ко всему слишком серьёзно.

Мальчик окинул взглядом улицу: школу, магазины и широкую площадь. За плотной снежной пеленой мелькали разноцветные огоньки. Золотистые, голубые и красные. И это были вовсе не какие-нибудь обыкновенные гирлянды, а самые настоящие зимние эльфы, которые так любили устраивать по ночам весёлые вечеринки. В этом городке не было места ничему обыкновенному. За исключением… Тимы.

Это был самый обыкновенный мальчик. Единственный человек в этом сказочном городе. Немного добрый, немного храбрый, немного нелюбящий математику и очень сильно любящий всякие приключения. Одно из них даже едва не закончилось его гибелью! Тима довольно улыбнулся. Ему нравилось это слово — «гибель». От него веяло опасностью и трагедией. Прямо как в лучших приключенческих книжках.

Тима прищурился, пытаясь разглядеть за снегопадом пустое место, оставшееся от знаменитого Чёрного дома, но так и не смог. Возможно, там уже наросли гигантские сугробы, и теперь пустырь уже не различить. Тима внезапно ощутил укол сожаления. Чёрный дом ему никогда не нравился, но всё-таки жаль, что в городе стало меньше пугающих местечек. А значит, и меньше возможностей для нового приключения. Тима ни за что бы не признался в этом при Лео — том самом ненавистном вампире, с которым они враждовали столько лет, — но он скучал по их тайным вылазкам и расследованиям. И пусть Лео и его прихвостни не упускали случая поддеть Тиму и его друзей, у них всё получилось. И это было… весело. Да, страшно, иногда до дрожи в коленках. Конечно же, опасно до щекотки в животе. Но всё-таки ужасно, ужасно увлекательно! Тима бы не отказался от нового приключения. Он внимательно оглядел дома и улицы, присмотрелся к мигающим огонькам, точнее танцующим эльфам, но не заметил ничего подозрительного. Разочарованно вздохнув, он вернулся в свою постель. Уютно закутался в мягкое одеяло, снова постучал по краю кровати, успокаивая Монстра, которому снился нехороший сон, закрыл глаза и мгновенно упорхнул в новые сновидения. Свои или чужие.

И он уже не видел, как над одним домиком вдруг разлился золотой свет. Не слышал, как дрогнуло стекло в окне. И не знал, что свет мигнул и тут же растворился в ночной темноте, оставляя городок мирно посапывать под снежным покрывалом.

Толпа разноцветных маленьких существ стройной вереницей двигалась по городу. Многорукая, многоногая и галдящая, она уверенно вышагивала по заснеженным улицам, распугивая несчастных прохожих. Ведьмы на мётлах сбивались с пути и падали в снег, драконы чихали пламенем от ужаса и кидались прочь, оборотни недовольно принюхивались и прятались в подворотнях, ожидая, когда же толпа прошагает мимо. Ведь нет ничего страшнее группы школьников, выведенных на экскурсию.

— И почему мы так долго идём? — простонал клоун Патрик и шмыгнул красным круглым носом. Его выбившиеся из-под вязаной шапки кудряшки тут же запрыгали, словно пружинки, а зелёный помпон крутанулся так, что ударил Тиму по лбу.

— Ай! — поморщился мальчик и отшагнул. Ещё бы их не боялись прохожие. Один Патрик может случайно зарядить в глаз, а чего ждать от такой толпы!

— Мы идём пять минут, — произнесла Фи, недовольно поглядев на мальчиков. Отчего-то последнее время она всегда на всех смотрела недовольно, и Тиме захотелось проверить свою одежду — не испачкался ли он?

— Целых пять минут! — простонал Патрик. В семье клоунов не любили бегать и далеко ходить. И Тима удивлялся, почему они любят прыгать на батутах. Однажды он даже спросил об этом друга, но тот таинственно округлил глаза и заявил, что такова «магия нашей семьи». Что это за магия такая, которая заставляет прыгать на батутах, Тима не знал. Но ему, как единственному человеку в городе, было и не положено разбираться в сложных правилах волшебных существ.

— У меня замёрзли ноги и нос покраснел, — снова пожаловался Патрик.

Фи закатила глаза — это она тоже делала очень часто. А вот мумия Рахи, закутанная в несколько шарфов, хихикнула:

— Он у тебя с рождения красный, ты что, забыл?

— Сейчас он ещё краснее, — недовольно засопел Патрик и, кажется, собирался заплакать, но быстро заморгал и сдержался. После осенних приключений он стал плакать гораздо реже.

— Просто у него мозги отморозились, вот и всё! — послышался насмешливый голос за спиной.

Тима недовольно зыркнул на идущего позади Лео. Вампир улыбнулся, сверкнув острыми клыками. И пусть они теперь не враждовали и даже, кажется, дружили, Лео никак не оставлял свою прискорбную привычку шутить грубо и несмешно. Но в этот раз даже его извечные подпевалы — оборотень Шэри и колдуны Рик и Карл — не посмеялись.

— Я есть хочу, — проворчал Шэри, оглядываясь по сторонам и принюхиваясь. — Интересно, нас покормят? Обед пропустили. Нет бы сначала покормить. А потом уже на всякие экскурсии водить.

Тима хотел было возразить — ему-то было интересно побывать на экскурсии, — но желудок тут же жалобно заурчал, вторя словам оборотня. Они проходили мимо пекарни Сладкоежки, и запахи, вылетающие из приоткрытых окон, будоражили не только желудок, но и мысли. Бархатный аромат какао, терпкий запах корицы и имбирных пряников, горьковатая нотка орехов и тягучей горячей карамели…

— ДЕТИ! — разнёсся громогласный крик, и Тима тряхнул головой. Он удивлённо огляделся и понял, что вся разноцветная толпа одноклассников прижалась к запотевшей витрине пекарни, жадно втягивая маленькими носиками притягательные ароматы.

— Назад в строй! Мы уже и так опаздываем! — недовольно закричала учительница горгона Медуза, и многочисленные змеи на её голове приглушённо зашипели. — Ну же, Линни, отлепись от витрины. — Она схватила девочку за плечи и с усилием потянула. Нос Линни умел превращаться в крепкую присоску и никак не хотел отлепляться от стекла. Горгоне пришлось позвать двух одноклассников-драконов. Помочь вызвался ещё и один из гномов, но его предложение использовать для такого дела топор отчего-то не слишком впечатлило учительницу. Но, вероятно, впечатлило Линни, потому что в тот же миг её нос со громким «чпок» отделился от витрины.

Шумная вереница детей благополучно двинулась дальше.

* * *

Величественное здание музея вынырнуло из-под пелены падающего снега, словно древнее чудище из морских пучин. Высокое, тёмное, нависающее над прохожими и строго следящее за ними своими мутными старыми глазами. Поговаривали, что музей был настолько древним, что и впрямь успел за это время ожить, оглядеться и остаться крайне недовольным своим окружением. И его можно было понять. Как могут сравниться маленькие магазинчики и домики с его высокими мраморными колоннами, резными окнами и завитушками под крышей.

— На торт похож, — тут же провозгласил Патрик и облизнулся.

Тима тяжело вздохнул. Музей и впрямь чем-то напоминал торт с тёмным шоколадным бисквитом и заварным кремом по бокам…

— Заходим, заходим! — громкий оклик горгоны вырвал мальчика из сладких мечтаний. — И стряхните с себя снег, а то я не могу вас посчитать. Я сказала, стряхнуть снег, Олли.

— Но я же снеговик! — возмутился юный голосок, и учительница прищурилась, пытаясь сквозь завесу снегопада разглядеть белую кожу и острый морковный нос своего ученика.

— И впрямь, — кивнула она. — Ну тогда заходи. Только не вздумай чихнуть на пол!

Широкие тяжёлые двери музея приветственно распахнулись, и золотистый свет упал на заснеженные ступени. Один за другим проход поглощал шумных и счастливых детей, и голоса становились всё тише и тише.

— Если вдруг мы не вернёмся, — трагично произнёс Рахи и торжественно посмотрел на друзей, — помните, что вы были…

Кем они были для мумии, так и осталось неизвестным. Сильная рука горгоны ухватила Рахи за его многочисленные шарфы, легко встряхнула, избавляя их от накопившегося снега, и бросила ученика в золотистый проём.

— Он был храбрым и верным другом, — с той же ноткой трагичности пробормотал Патрик, но, заметив метнувшуюся к нему руку учительницы, тут же умолк и с удивительной скоростью рванул ко входу в музей. Тима и Фи тут же последовали за ним.

Стоило только переступить порог, как ребят тут же окутало приятное сухое тепло. После мокрого снега, налипавшего на лицо и одежду всю дорогу, это было особенно приятно. Тима немного поморгал, привыкая к яркому свету, и огляделся. Музей оказался поистине огромным. И мальчик даже подумал, что здесь не обошлось без колдовства. Казалось, светлый мраморный зал с двумя рядами тёмных колонн протянулся по меньшей мере на несколько улиц в обе стороны. Стены поднимались всё выше и выше в туманную неизвестность. Тима задрал голову, стараясь рассмотреть потолок, и едва не свернул себе шею. Наконец, разглядев его, он изумлённо захлопал глазами. Наверху не было ни одной люстры! Золотистый свет лился прямо с потолка, превращая витиеватые украшения в настоящее золото.

— Эрик, что вы делаете?! — взвизгнула горгона Медуза и словно молния пронеслась мимо Тимы. — Это не настоящее золото, прекратите портить украшения!

Тима опустил голову и увидел, как его одноклассник, в чьих жилах текла лепреконская кровь, пытался отодрать несколько золотистых завитушек со стены.

— Интересно, а Пират это видел? — шепнула рядом Фи, с восторгом оглядывая зал.

— Если бы видел, то все эти украшения уже давно хранились бы в его сундуке, — хмыкнул у неё за спиной Лео. И как бы Тиме ни хотелось соглашаться с вредным вампиром, он не мог не кивнуть. Все давно уже знали, что директор школы прячет у себя сундуки с сокровищами и не прочь пополнить коллекцию.

— Дорогие дети! — вдруг разнёсся по залу звонкий голос, и все шепотки тут же смолкли. Перед ними будто из-под земли выросла бесплотная женская фигура. Она слегка покачивалась над землёй и была такой прозрачной, что её едва можно было разглядеть. — Приветствуем вас в нашем славном музее «И жили они долго и счастливо»! Здесь хранятся предметы давно ушедших эпох и старинные волшебные артефакты, оставшиеся со времён первых жителей нашего прекрасного городка! Сегодня мы посмотрим лишь несколько из них, и я надеюсь, что вы будете приходить к нам снова и снова!

— Это вряд ли, — тут же заявил Лео, и его голос прозвучал неожиданно громко. Горгона смерила вампира таким свирепым взглядом, что Тима невольно обернулся — не превратила ли она его в камень? Но вампир стоял как ни в чём не бывало, вот только лицо его болезненно искривилось.

— Так тебе и надо, — тут же шепнула Фи. — Будешь меньше болтать!

Это тоже было новым увлечением феи — комментировать просту…