Египетская книга мертвых. Индийская книга мертвых. Тибетская книга мертвых

Перевод с древнеегипетского Константина Корсакова

Перевод с санскрита Елены Тюлиной

Перевод с английского Бориса Останина, Владимира Кучерявкина

Серийное оформление Вадима Пожидаева

Оформление обложки Егора Саламашенко

Иллюстрации Жан-Селестена Танкреда Басте, Эдвина Уикса и других

В оформлении издания использованы произведения живописи и декоративного искусства художников Древнего мира.

Египетская книга мертвых / пер. с др.-египет. К. Корсакова ; Индийская книга мертвых / пер. с санскр. Е. Тюлиной ; Тибетская книга мертвых / пер. с англ. Б. Останина, В. Кучерявкина. — СПб. : Азбука, Издательство АЗБУКА, 2026. — (Non-Fiction. Большие книги).

ISBN 978-5-389-31903-5

16+

Едва ли существуют более волнующие и будоражащие воображение тексты, чем те, что призваны сопровождать человека в его самом загадочном, самом пугающем и далеком путешествии — путешествии за край жизни, по потустороннему миру. Собрания ритуальных гимнов, заклинаний, наставлений и слов поддержки уходящему в вечность — важнейшая часть мирового культурного наследия, бесценный источник сведений о верованиях, надеждах и чаяниях людей Древнего мира, которые зачастую оказываются удивительно близки современному человеку.

В настоящее издание вошли Книги мертвых трех великих мировых культур.

Египетская книга мертвых на протяжении тысячелетий питала надеждой на лучший мир каждого благочестивого египтянина, вся жизнь которого должна была стать подготовкой к суду Осириса, чтобы получить пропуск в край вечного блаженства.

Индийская книга мертвых демонстрирует космогоническое представление о человеке как вместилище всех миров, всех богов и демонов, рассматривая смерть как жертву и дар, лежащие в основе существования мира.

Тибетская книга мертвых учит безмятежному принятию нелегкого процесса перехода к новому рождению, распознанию собственного «я» и освобождению от страха и сожалений.

Имея невечное тело, надо стремиться достичь вечного результата. Сам себя постоянно обманывает тот, кто, получив тело человека, дающее возможность достичь неба и конечного освобождения, не добивается ни того, ни другого.

© К. Н. Корсаков, перевод, 2026

© В. И. Кучерявкин, Б. В. Останин, перевод, примечания, 2026

© Перевод, примечания В. И. Кучерявкина,
Б. В. Останина. ООО «Издательство АСТ», 2026

© Е. В. Тюлина, перевод, статья, комментарии, 2026

© Издание на русском языке, оформление.
ООО «Издательство АЗБУКА», 2025
Издательство Азбука®

Предисловие к первому изданию

Переводы египетских гимнов и религиозных текстов, опуб­ликованные в этом и двух последующих томах, образуют достаточно полное собрание различных литературных произведений, которые египтяне помещали на стенах гробниц и саркофагов, гробах и надгробных обелисках, папирусах и амулетах, чтобы обеспечить благополучие умерших в загробном мире. Перевод был осуществлен с папирусов и других документов, найденных главным образом при раскопках Фив, поэтому все эти тексты, вместе взятые, известны под названием «Фивская версия Книги мертвых», то есть версия великого египетского погребального сочинения, которое писцы переписывали для себя и для египетских царей, цариц, их детей и придворных вельмож, для знати и простых людей, для богатых и бедных в период с 1600 по 900 год до н. э. Впервые эти переводы были опубликованы в третьем томе моей работы о Книгах мертвых «Главы о восхождении к Свету», вышедшей из печати в конце 1897 года, где они, как представляется, служили необходимым дополнением к иероглифическим текстам Фивской версии и ее иероглифическому словарю. Спрос на эту объемную и относительно дорогую книгу доказал, что она была необходима читателю, но вскоре после ее выхода в свет начали появляться неоднократные просьбы издать английский перевод Книги мертвых в менее громоздкой и более удобной форме. В ответ на эти просьбы господа Кеган Пол, Тренч, Трюбнер и Компания решили выпустить полный английский перевод Книги мертвых в своей серии книг о Египте и Халдее, снабдив его всеми необходимыми предисловиями, алфавитным указателем и прочими атрибутами, которые должны сделать это издание доступным массовому читателю.

Однако перевод, представленный в настоящей серии, нельзя считать просто перепечаткой, поскольку он был тщательно переработан и сопоставлен с текстами оригинала, а также снабжен многочисленными примечаниями и краткими комментариями; кроме того, желая предоставить в распоряжение читателя как можно более полное издание Книги мертвых, перед началом глав в томах данной работы мы поместили более четырехсот взятых из лучших папирусов виньеток, каждая из которых, по замыслу египетских писцов и художников, должна была служить иллюстрацией общего содержания соответствующей главы. Подавляющее большинство репродукций было нарисовано или скопировано специально для этой цели, причем по форме и контуру рисунка они являются точной копией оригиналов. В то же время о воспроизведении цветов оригиналов не могло быть и речи, потому что стоимость цветных иллюстраций сделала бы книгу недоступной широкой публике.

Многие идеи и верования, воплощенные в представленных здесь текстах, возникли одновременно с зарождением египетской цивилизации, и подлинные формы наиболее интересных из них идентичны тем, что, как нам теперь известно, существовали во времена V и VI династий, т. е. около 3500 года до н. э. С другой стороны, значительная часть этих верований относится к додинастическому периоду, в связи с чем во вводной части настоящего издания, в главе, посвященной истории Книги мертвых, предпринята попытка познакомить читателя с некоторыми религиозными представлениями древних народов Северо-Восточной Африки, которые легли в основу мировоззрения египтян династического периода, проникли в Книгу мертвых и стали ее неотъемлемой частью.

Большинство представленных здесь переводов относится к группе текстов, которую египтяне называли «Главы о восхождении к Свету», а оставшаяся часть материалов — это вступительные гимны, дополнительные отрывки из сходных по значению работ того времени, специальные пояснения и т. д., которые должны были служить умершим своеобразными заклинаниями в загробном мире. Папирусы и другие оригиналы, использованные как авторитетные источники настоящего издания, были отобраны из наиболее известных на сегодняшний день архео­логических находок, причем при их отборе ставилась задача проиллюстрировать развитие Фивской версии и те изменения текстов, которые имели место в различные периоды ее истории. Учитывая, что ни один папирус не содержит все главы и винь­етки этой версии, что невозможно найти два папируса, которые бы соответствовали друг другу по содержанию или по расположению глав, и что критическая ценность всех текстов одного папируса не всегда одинакова, можно сделать вывод, что полное издание всех известных глав Фивской версии без обращения одновременно к нескольким папирусам было бы невозможно. Со времени выхода в свет в 1886 году книги М. Навилля («Египетская книга мертвых») были найдены несколько чрезвычайно важных папирусов с текстами Книги мертвых, которые сегодня могут послужить существенным дополнением к опуб­ликованным им главам Фивской версии. Так, например, Папирус Ани содержит вступления к главам XVIII и CXXV, гимны в честь Ра и Осириса, тексты, описывающие сцену Суда, и все это читатели увидят впервые. Кроме того, благодаря этому папирусу мы имеем пусть и несколько сокращенную, но зато законченную версию главы CLXXV в Папирусе Ну, который является наиболее древним из всех найденных до сих пор папирусов. Мы обнаружили около двадцати глав Фивской версии, которые до 1897 года были неизвестны, и еще несколько глав, которые до настоящего времени были представлены только в единичных рукописях. Таким образом, было использовано сразу несколько папирусов, что позволило объединить в настоящем издании около 160 глав, не считая различные версии, гимны и пояснения.

Кроме того, в него были добавлены 16 глав Саитской версии (Saite), поскольку, во-первых, они являются прекрасными образцами религиозных сочинений позднего периода египетской истории и наглядными иллюстрациями некоторых весьма любопытных верований, а во-вторых, с учетом использования нами нумерации глав, предложенной Лепсиусом (Lepsius), они были необходимы для сохранения последовательной нумерации глав в настоящем издании.

Перевод текстов на английский язык выполнен как можно более дословно, так как я поставил себе цель представить читателю возможность самому судить о содержании Фивской версии Книги мертвых. Примечания достаточно лаконичны, поскольку было признано нецелесообразным загромождать страницы книги, предназначенной для массового читателя, объемными описаниями научных изысканий и ссылками. А тот читатель, которому потребуется обращение к другим работам по этой тематике, сможет найти достаточно полную библиографию изданий, посвященных Книге мертвых, в моей работе «Папирус Ани», опубликованной в Лондоне в 1895 году, начиная со страницы 371.

За последние несколько лет среди авторов-египтологов стало модным приуменьшать значение Книги мертвых и объявлять, как будто о великом открытии, что ее иероглифические и иератические тексты искажены и недостоверны, однако вот уже 50 лет египтологи прекрасно знают, что некоторые отрывки Книги мертвых безнадежно искажены, и они никогда не скрывали, что не в состоянии их перевести. Более того, египетские писцы информировали своих читателей частым использованием слов «ки чет», т. е. «иначе говоря», что они сами не знали, какой из вариантов текста является более достоверным. Проведенные недавно исследования доказали, что писцы и мудрецы времен XIX династии сталкивались при чтении некоторых иератических знаков с не меньшими трудностями, чем и мы, они были столь же нерешительны в отношении их истинной расшифровки. Текст любого великого религиозного произведения планеты, передаваемого из поколения в поколение прежде всего в устной форме и только потом уже в копиях, которые размножались профессиональными писцами и другими людьми, обречен на отдельные искажения. Это происходит отчасти из-за небрежности переписчиков, а отчасти из-за их неспособности понять встречающиеся в тексте аллюзии и слова со скрытым значением. Но история мировой религиозной литературы показывает, что, как только то или иное собрание произведений приобретает статус общепризнанного авторитетного духовного источника для всей нации, искажения текста не умаляют в умах правоверных читателей общего доверия к тем отрывкам, где эти искажения встречаются. Книга мертвых не является исключением из этого правила, ведь это произведение, которое считалось очень древним еще во время правления Семти, фараона I династии, и, более того, было в то время настолько объемным, что требовало сокращения, неоднократно переписывалось и дополнялось из поколения в поколение на протяжении почти 5000 лет, и любой благочестивый египтянин, будь то фараон или пахарь, супруга фараона или ее служанка, жил, постоянно обращаясь к учению Книги мертвых; египтян хоронили, руководствуясь ее указаниями; их надежда на вечную жизнь и счастье была основана на действенности ее гимнов, молитв и заклинаний. Для них главы Книги мертвых были не материалом для грамматических упражнений, а всемогущим путеводителем по дороге, которая через смерть и погребение вела в царство света и жизни, в присутствие божественного Осириса, победителя смерти, который дал мужчинам и женщинам способность «родиться вновь». Чем больше мы читаем и изучаем Книгу мертвых, тем больше появляется возможностей понять ее сложные аллюзии и объяснить запутанные места, причем столь желанного результата можно добиться только изучением ее текстов, а не отрицанием их достоверности.

В вводную часть настоящего издания вошли главы о литературной истории Книги мертвых, о доктринах Осириса, Суда и Воскресения, а также о цели и содержании этого великого памятника египетской религиозной мысли. Однако объем издания не позволяет включить в него главу о Магии Книги мертвых, которая вошла в издание 1897 года.

Э. А. Уоллис Бадж,

Британский музей,

6 августа 1909 г.

Вводная часть

История книги мертвых

Подробности раннего этапа истории грандиозного собрания религиозных текстов, которое сегодня получило широкую известность под названиями «Das Todtenbuch», «Das Aegyptische Todtenbuch», «Le Livre des Morts», «Rituel Funeraire», «Il Libro dei funerali degli antichi Egiziani» и «Книга мертвых», затеряны во мгле веков, и до сих пор не найдены убедительные свидетельства, которые позволили бы нам описать ее с достаточной точностью. Даже само название — «Книга мертвых» — нельзя считать абсолютно точным, поскольку оно никак не отражает содержания множества религиозных текстов, гимнов, литаний и пр., которые сегодня известны именно как главы Книги мертвых, и уж тем более не являются переводом древнеегипетского названия этих произведений, РЕУ НУ ПЕРЭТ ЭМ ХРУ (REU NU PERT ЕМ HRU), , что означает «Главы о восхождении к Свету». Тем не менее название «Книга мертвых» больше соответствует содержанию книги, чем, скажем, «Ритуалы мертвых» или «Погребальные ритуалы», так как очень небольшая часть текстов действительно носила ритуальный характер, да и все собрание этих произведений целиком, несомненно, посвящено умершим и тому, что с ними происходит в загробном мире.

О месте и времени написания первых текстов Книги мертвых известно очень немногое. Сегодня, после того как были проведены многочисленные раскопки гробниц династического Египта, а их содержимое скрупулезно изучено и обсуждено в научных кругах, мы по-прежнему не находим никаких свидетельств в пользу того, что исконные жители долины Нила обладали каким-либо собранием религиозных текстов, которое можно было бы считать первым сочинением и из которого за счет интерполяций и добавлений впоследствии родились известные сегодня версии Книги мертвых, или даже в пользу ­того, что они вообще использовали какие-либо религиозные тексты при погребении умерших. Совершенно очевидно, что в различных версиях встречаются упоминания о погребальных обрядах коренных жителей Египта, а единообразное расположение тел умерших в гробницах древнейших додинастических времен дает понять, что первые жители Египта имели вполне устоявшиеся представления о будущей жизни, но мы не можем считать их авторами даже самой ранней версии Книги мертвых, потому что это произведение предполагает наличие у его авторов определенных идей, которыми додинастические египтяне все же не обладали, и упоминает тщательно разработанный ритуал погребения, которому они никогда не следовали. Независимо от нашего отношения к теории о ливийском происхождении исконных жителей долины Нила, нет никакого сомнения, что они использовали погребальный ритуал, существенно отличавшийся в его самых ранних формах от того ритуала, которому следовали их потомки поздней додинастической и ранней династической эпох. С учетом уже известных на сегодня фактов трудно не прийти к выводу, что многие верования, встречающиеся в Книге мертвых, были либо добровольно заим­ствованы у одного из соседних народов, либо навязаны египтянам неизвестными завоевателями, пришедшими в страну из Азии через Красное море или Аравийский полуостров. Версия о завоевателях, принесших свои верования в Египет, представляется более правдоподобной. Сегодня мы не можем сказать с уверенностью, кто были эти люди или откуда они пришли, но существуют все основания предполагать, что сначала они переняли некоторые общие традиции исконных жителей долины Нила, а затем изменили их таким образом, чтобы они соответствовали либо известным им религиозным текстам, либо их собственным представлениям о загробной жизни, которые появились у них уже после переселения в Египет. Раскопки додинастических египетских захоронений показывают, что исконные, или додинастические, жители Египта прибегали как к погребению своих умерших, так и к кремации. При погребении тела умерших либо разрезали на довольно значительное количество частей, либо их хоронили без расчленения. Тела, не подвергавшиеся расчленению, укладывались в могилах на левый бок головами на юг и иногда заворачивались в шкуры газелей или циновки. Египтяне того времени не предпринимали попыток мумифицировать своих умерших в прямом смысле этого слова. Это, по-видимому, был наиболее древний способ погребения в долине Нила. Расчленение тела было, вероятно, обуслов­лено желанием сэкономить место и не дать духу усопшего возвратиться в его селение; в подобных случаях голова отделяется от тела, а конечности отрезаются и складываются вместе. С точки зрения хронологии обычай сжигать тела умерших появился позднее. Тела обычно сжигали лишь частично, после чего череп и кости сбрасывались в сравнительно неглубокую яму, при этом тщательно следили за тем, чтобы останки рук и ног лежали вместе. В общем и целом эти два вида погребения выделяются весьма отчетливо, ведь кладбища, на которых производились захоронения того или иного типа, обычно находились на некотором расстоянии друг от друга и были достаточно четко разделены. Мы не можем с уверенностью говорить о существовании двух разных народов, один из которых хоронил тела умерших, избегая сожжения, а другой сначала сжигал их, а затем хоронил их останки, но существуют многочисленные свидетельства в пользу того, что в погребальных обрядах этих двух слоев населения Египта было много общего. И те и другие использовали в качестве гробниц закрываемые сверху ямы, и те и другие хоронили умерших в долинах, и те и другие укладывали тела в одном направлении, и, наконец, и те и другие клали в могилы умерших подношения. Эти подношения, без всякого сомнения, служат доказательством того, что люди, как просто хоронившие своих мертвецов, так и сжигавшие их перед погребением, обладали вполне определенными представлениями о будущей жизни, причем эти представления едва ли могли появиться в умах без определенного ощущения, каким бы смутным оно ни было, присутствия рядом божественной силы. При наших ограниченных знаниях вряд ли стоит рассуждать о природе подобных ощущений, но не следует забывать, что широко распространенный обычай хоронить умерших головой на юг и присутствие в гробницах погребальных жертвоприношений указывают на существование у жителей Египта того времени религиозных убеждений достаточно высокого порядка, которые были нехарактерны для первобытных или полудиких племен.

Выше уже упоминалось, что люди, хоронившие своих умерших без предварительного расчленения или кремации, не предпринимали попыток мумифицировать тела в полном смысле этого слова, и тем не менее, опираясь на результаты исчерпывающего исследования доктора Фуке, который обнаружил в некоторых скелетах следы битума, а также на тот факт, что многие тела были завернуты в шкуры животных, циновки или даже в грубую ткань, мы вполне можем предположить, что, обладай эти люди необходимыми знаниями, они бы принимали гораздо более продуманные меры для сохранения тел умерших. Эти первые жители Египта бальзамировали мертвецов либо потому, что хотели сохранить рядом с собой их материальные тела, либо потому, что верили, что будущее благополучие усопших в определенной степени зависит от сохранности их тел, оставшихся в физическом мире. Так или иначе, мотивация эта была, несомненно, очень сильной, ведь обычай тем или иным способом сохранять тела умерших от разложения просуществовал в Египте с самого начала додинастической эпохи вплоть до 640 года н. э., когда эта страна была завоевана арабами.

В то же время необходимо отметить, что как в могилах похороненных без сожжения, так и в захоронениях расчлененных или кремированных тел не найдено никаких надписей, а значит, обычай помещать на оставляемых в гробницах предметах тексты религиозного содержания, обычай, столь распространенный среди египтян династической эпохи, в те времена еще не существовал. Однако невозможно себе представить, что люди, определенно верившие в будущую жизнь и старавшиеся из религиозных побуждений сохранить тела усопших, хоронили своих возлюбленных, друзей и родственников, не высказав вслух какого-нибудь благочестивого пожелания об их благополучии в загробном мире или не попросив жреца своей общины произнести от их имени какое-нибудь заклинание или магическую формулу, специально предназначенную для подобных случаев. Более чем вероятно, что, если во время погребения читались молитвы или заклинания, чтение сопровождалось исполнением определенных ритуалов с элементами магического характера. Эти молитвы и ритуалы, должно быть, передавались из поколения в поколение и, несомненно, были изначально предназначены для защиты умерших от нападения диких животных, гниения и разложения. И хотя сегодня мы не можем считать собрание подобных погребальных молитв, каким бы большим оно ни было, наиболее ранней версией Книги мертвых, нет никакого сомнения, что многие заклинания, найденные в Гелиопольской версии, которая использовалась во времена IV и V династий, уходят корнями в древнейшую додинастическую эпоху и что они столь же древние или даже древнее, чем цивилизация первых египтян, оставивших после себя исторические свидетельства, и их непосредственных предшественников. Подобные магические формулы были направлены против скорпионов и змей, а также других ядовитых рептилий, причем их содержание в том виде, как они были записаны писцами около 3000 года до н. э., и встречающиеся в них ошибки показывают, что переписчики имели дело с текстами, которые в то далекое время были настолько древними, что многие места просто невозможно было разобрать, к тому же значительную часть текстов писцы переписывали, не понимая их смысла. Так или иначе, эти заклинания появились еще в тот период, когда по берегам Нила во множестве водились дикие звери и долина Нила служила домом для многочисленных враждебных человеку существ, которых первые жители этой местности старались хитростью или угрозами отогнать от своих мертвецов. В самом деле, с известной долей уверенности можно утверждать, что, до того как леса, покрывавшие берега реки, были вырублены на топливо, Египет во многом напоминал некоторые районы долины Нила, расположенные далеко к югу, и что всевозможные речные чудовища и монстрообразные земноводные, которых сегодня можно встретить только в верховьях Голубого Нила и в районе Великих озер, в те времена в изобилии водились в окрестностях Мемфиса и даже гораздо севернее.

Ближе к концу того периода времени, когда тела умерших сжигались или расчленялись, предметы, оставляемые в могилах, начинают существенно отличаться от тех, что попадали в могилы людей, похороненных без кремации, и если в древних захоронениях во множестве встречается оружие из кремня, а каменные вазы и кувшины достаточно редки, то в более поздних захоронениях уже кремневое оружие становится исключением. Растет число прочных каменных ваз, и появляется довольно большое количество предметов из металла. Трудно точно сказать, чем были вызваны эти изменения, но присутствие в захоронениях изделий из бронзы и других металлов, скорее всего, указывает на то, что жители долины Нила испытывали в то время явное влияние со стороны, причем не исключено, что это влияние исходило от переселившихся в Египет завоевателей. Сегодня мы не в состоянии ответить на вопрос, принадлежали ли эти переселенцы хотя бы отдаленно к семитской расе, или они были потомками народа, родственного тому, представителей которого в настоящее время, по общему согласию, называют шумерами; ведь если присутствие в ранних иероглифических текстах грамматических конструкций, глагольных форм, идиом и местоимений, несомненно идентичных тем, что и по сей день используются во всех семитских диалектах, указывает на семитское влияние или достаточно близкое родство с семитскими народами, то религиозные верования египтян додинастической и ранней династической эпох имеют мало общего с дошедшими до нас соответствующими представлениями древних семитских народов. Но независимо от того, были ли эти иммигранты семитского происхождения или нет, они, очевидно, при­шли в Египет с Востока, сумев силой оружия или какими-либо другими средствами основать в долине Нила постоянные поселения. Народ, вооруженный оружием из металла, покорил племена, полагавшиеся в основном на кремневое и каменное оружие, и, сделавшись хозяевами страны, эти люди управляли ею согласно своим собственным представлениям и методам, насколько им позволял климат и природные условия местности. Завоевание повлекло за собой смешанные браки, которые были абсолютной необходимостью, если иммигранты пришли с Востока и хотели, чтобы местные жители терпели их потомков на своей земле. Таким образом, можно сделать вывод, что египтяне обозримого исторического периода являются потомками некоего народа, пришедшего из Северо-Восточной Африки, и иммигрантов с Востока, которые, обосновавшись в Египте, постепенно смешались с местным населением. Нетрудно заметить, что исконное население Египта обязано пришельцам с Востока очень многим, ибо последние научили их искусству обработки металлов (хотя древние египтяне не переставали использовать кремневое оружие, т. е. ножи, топоры, наконечники копий и стрел и пр., вплоть до начала династического периода) и искусству письма. М. де Морган утверждает, что первыми бронзу научились обрабатывать народы Азии и что, по его мнению, искусству изготовления кирпичей египтяне научились в Месопотамии, где, как мы можем судить по раскопкам древних шумерских городов, практика использования кирпичей при постройке домов была очень широко распространена наряду со многими другими умениями, которые упомянутый автор весьма подробно описывает.

Вместе с искусством письма переселенцы, несомненно, принесли в Египет определенные религиозные верования, погребальные обряды и литературу, что повлекло за собой постепенное изменение существовавшей до их появления системы погребения, которая обрела совершенно новые черты. Закрытые сверху ямы и углубления в земле, которые служили могилами и которые выкапывались практически без разбору на берегах реки, сменились грубыми сооружениями из кирпича, состоящими из одной или нескольких камер. Могилы больше не выкапывались в долинах, а делались на склонах холмов. Тела усопших не сжигались и не расчленялись, а голову больше не отделяли от тела. На смену шкурам животных, циновкам и грубой ткани пришли аккуратные слои особой материи, тщательно обматываемой вокруг тела; кроме того, мертвых стали укладывать на спину в саркофагах, вместо того чтобы поворачивать их на бок и оставлять лежать прямо на земле. Наименьшими были изменения в характере подношений и прочих предметов, найденных археологами в захоронениях этого периода. Глиняная посуда, сделанная с помощью гончарного круга, сменила грубые, сделанные вручную горшки, появились булавы и новое, более грозное оружие, к которому добавилось большое количество различных амулетов нового типа. К сожалению, установить точную дату начала этого периода перемен невозможно, так же как нельзя определить его продолжительность, но совершенно очевидно, что как исконные жители этих мест, так и переселенцы из других земель изменили в то время свои погребальные традиции и что именно в тот период были заложены основы системы погребения и мумификации, которая впоследствии получила всеобщее распространение среди исторических египтян. Коренные жители быстро осознали преимущество гробниц из кирпича и прочих привнесенных переселенцами нововведений и постепенно переняли их, особенно с появлением стремления к сохранению физического тела и заботе о благополучии души. Вместе с тем начатые пришельцами изменения носили радикальный характер, и тот факт, что исконные жители Египта согласились их признать, свидетельствует о полном перевороте фундаментальных основ их собственной веры. По сути, они отказались не только от традиции расчленения и сжигания тел, но и от полудиких представлений и верований, побуждавших их к подобным действиям, и мало-помалу эти верования были вытеснены из их сознания учением о воскресении человека, которое, в свою очередь, основывалось на вере в то, что богочеловек и царь Осирис был изувечен и убит, но его тело было набальзамировано, а сестры Осириса Исида и Нефтида снабдили его амулетами, защитившими его от напастей загробного мира, и прочитали над ним серию магических заклинаний, которые обеспечили ему вечную жизнь. Другими словами, египтяне приняли важнейшие из верований, составляющих основу Книги мертвых.

По мнению автора, период этих перемен и стал периодом появления в Египте большинства религиозных и погребальных текстов, известных сегодня как Книга мертвых. Ученым не известно, включала ли в себя примитивная форма учения об Осирисе представление о том, что его тело было расчленено, а его голова отрублена, но зато вполне очевидно, что многие влиятельные люди Египта возражали против обезглавливания умерших, и их протест нашел свое отражение в главе XLIII Книги мертвых, которая, судя по ее названию, специально предупреждает, что «нельзя отрубать голову человеку, ушедшему в царство мертвых». Текст этой удивительной главы представляет для нас огромный интерес. Он гласит: «Я, Величайший, сын Величайшего; Я, Огонь, сын Огня, который получил свою голову назад, после того как она была отрублена. Голова Осириса не была унесена от него, так да не будет и голова... (здесь стоит имя усопшего, которого также зовут Осирис) унесена от него. Я вновь собрал себя по частям; Я сделал себя здоровым и невредимым; Я вернул себе молодость; Я, Осирис, Владыка Вечности». Название главы XLIII достаточно выразительно, но ее содержание, по-видимому, указывает на то, что, чтобы человек мог сохранить голову в своей следующей жизни в другом мире, ее нужно было сначала отделить от тела умершего, а затем вернуть на место. Однако исторические египтяне, очевидно, отказались от подобных верований и с явным страхом относились к любому повреждению тела, сохранив тем не менее в своих религиозных текстах многочисленные упоминания о необходимости собирать вместе отдельные части тела и разрозненные кости. Глава LXIII, существовавшая во времена XVIII династии в двух вариантах, также содержит ссылки на определенные погребальные обычаи додинастических египтян, поскольку первый вариант был написан для защиты человека от кремации в загробном мире, а второй должен был защитить его от опасности быть ошпаренным или сваренным в кипятке. В обозримые исторические эпохи египтяне не сжигали, не ошпаривали, не варили своих мертвецов, но, как уже указывалось выше, додинастические египтяне частично сжигали тела усопших, и весьма вероятно, что они также варили их, чтобы отделить мясо от костей при помощи специальных скребков. В различных главах Книги мертвых существует немало отрывков с очевидными аллюзиями, касающимися додинастических погребальных традиций, причем во многих главах говорится о природных условиях Египта, сведения о которых можно было собрать только в период, предшествующий появлению в стране переселенцев с Востока. Совершенно очевидно, что люди, привнесшие в культуру Египта Книгу мертвых, заявили о своей способности защитить тело умершего от любой опасности при помощи магических имен, слов или обрядов и что исконные народы долины Нила поверили заявлениям иммигрантов и начали следовать многим их погребальным традициям, переняв заодно и лежавшие в основе этих традиций верования. Завоевателям так и не удалось убедить местное население полностью отказаться от незрелых представлений, фантастических верований и образов, и поэтому мы видим, как во все времена идеи и понятия полудикого североафриканского происхождения все больше и больше соперничают в Книге мертвых с возвышенными, высоконравственными и высокодуховными верованиями, которыми она обязана присутствию в Египте элементов азиатской культуры. Главы Книги мертвых являются своеобразным зеркалом, в котором отражены многие верования самых различных народов, внесших свой вклад в историю Египта, и именно поэтому представить связное и логичное описание религиозных воззрений египтян в любой заданный период их истории необычайно сложно. В то же время существуют все основания надеяться, что при дальнейшем изучении текстов и с появлением новых сведений о египтянах додинастической эпохи мы сможем тщательно проанализировать подобные верования и классифицировать их по источникам возникновения.

Определить точную дату появления в Египте Книги мертвых практически невозможно, но зато доподлинно известно, что она была широко распространена еще до начала правления фараонов I династии. На первых порах молитвы и обращения к божествам, впоследствии классифицированные и распределенные по главам, были относительно просты, их, вероятно, было немного, и основное содержание этих молитв соответствовало прежде всего условиям погребения, характерным для родины тех, кто принес их в египетскую культуру. Кроме того, поначалу молитвы повторяли по памяти, а не читали с рукописных копий, и они, несомненно, очень долгое время сохранялись в устной традиции. Тем временем количество и продолжительность молитв, гимнов и магических заклинаний росли, их содержание было приведено в соответствие с условиями, существовавшими тогда в Египте, а длинные тексты стали записываться; однако это последнее изменение произошло только тогда, когда жрецы начали сомневаться в значении некоторых отрывков и когда они обнаружили, что определенная часть текстов постепенно забывается. Маловероятно, что в то далекое время верховные власти предпринимали сколь-либо эффективные попытки следить за точностью рукописных копий, и хотя переписчики в своей работе придерживались в основном полученных ими копий молитв, гимнов и прочего, вскоре в тексты проникли различные изменения, добавления и ошибки, которые были зачастую вызваны неправильным истолкованием отдельных иероглифов. Опыт показывает, что даже при современном уровне развития печати и стереотипирования сохранить какой-либо текст в его первозданном виде, не сделав ни одной ошибки, чрезвычайно сложно, а когда копии приходится размножать от руки, вероятность ошибки возрастает в тысячу раз. Ведь, кроме ошибок, вызванных небрежностью, невежеством и усталостью глаз и руки переписчика, нельзя забывать и о различных добавлениях и интерполяциях, которые неизбежно попадают в текст, если работающий над этим текстом писец стремится, чтобы он соответствовал его собственным взглядам. Именно подобные тенденции, появлявшиеся со стороны писцов и переписчиков, заставили мудрецов-талмудистов прибегнуть к «казуистическому толкованию» ради сохранения уже не первоначального текста иудейской Библии, а того текста, который считался заслуживающим доверия в их времена. Хорошо известно, что через несколько лет после смерти пророка Магомета знать мусульманского мира была не на шутку обеспокоена изменениями, уже успевшими к тому времени проникнуть в суры Корана, и один из ее представителей просил своего господина (учителя) «остановить людей, прежде чем они изменят свое отношение к своим Писаниям, как это сделали иудеи и христиане!». В этом конкретном случае разночтения в священной книге арабского мира, которой приписывалось божественное происхождение, были ликвидированы наиболее эффективным образом, ведь как только четыре авторитетных муллы, назначенные для определения окончательного варианта арабского Священного Писания, начали работу, они собрали копии Корана со всех уголков мусульманских владений и, отобрав варианты, которые следовало сохранить, сожгли все остальные рукописи, содержащие забракованные ими версии. Остается только пожалеть, что подобные решительные меры не были приняты при создании textus receptus Книги мертвых.

Предметы в могилах додинастических жителей Египта не содержат никаких религиозных надписей, и только в эпоху династических египтян в гробницах начали появляться многочисленные свидетельства существования…