Фрагмент книги «Тайный лик»
Сам Степан работал в другой шахте, в той, что к югу, и потому изрядно заплутал, явившись к незнакомому входу и впотьмах разыскивая нужную выработку. Наконец навстречу ему распахнулся выдолбленный туннель высотой в человеческий рост; обдал привычный жар печей, донесся лязг тележек. Степан скользнул мимо рудничного надзирателя и окликнул старшого — Бориса, с которым знавался через два рукопожатия.
— Мне Хозяйка во сне пришла. — Без вступления Степан наклонился к уху старшого. — Приказала убираться из этой выработки.
Борис выпрямился и, обернувшись на товарищей, буркнул:
— Худо…
Звон кирок притих, и рудокопы насторожились, вслушиваясь в разговор.
— Не посмеяться ли решил над нами? — Старшой посмотрел в лицо Степана, но тот выдержал его взгляд и покачал головой.
— Уносить ноги надо поскорее, пока не явилась, — пробормотали из темноты.
— Да бог с тобой — сон дурной мальцу приснился, а мы сразу бежать? Что начальству-то скажем?
— Она просто так во снах не приходит, — прошептали в ответ.
— В чем дело? — К притихшим работникам подоспел рудничный надзиратель.
Сам тощий, бородка жидкая, да с весомой силой — двумя охранниками за спиной.
— Ты откуда явился? — Он ткнул пальцем в Степана. — Не из нашей штольни точно. Иди давай подобру-поздорову, нечего мне народ отвлекать.
Не успел Степан испугаться надзирателя и плетей в руках охраны, как старшой Борис закрыл его спиной.
— Хозяйка к нему явилась, сказала убираться отсель.
Один из охранников вздрогнул при упоминании Ее имени, едва заметно вжал голову в плечи и отступил на шаг, но надзиратель только затряс бороденкой.
— А мне что с того? Покуда сама во плоти не явится, приказчик выработку не закроет, так что не выйдем отсюда, пока не вынесут.
— Не уважаешь ты… — рыкнул Борис, но плеть второго охранника разрезала воздух, обрывая фразу.
— Будь по-твоему! — Женский смешок зазвенел, эхом отражаясь от стен.
