Дочери маяка Птичьего острова

Christie Barlow

A POSTCARD FROM PUFFIN ISLAND

 

Перевод с английского Ольги Лемпицкой

 

Оформление обложки Анастасии Ивановой

 

Данное издание опубликовано при содействии Lorella Belli Literary Agency Ltd и Литературного агентства Синопсис.

 

Барлоу, Кристи.

Дочери маяка Птичьего острова : роман / Кристи Барлоу ; [пер. с англ. О. Лемпицкой]. — М. : Издательство АЗБУКА, 2026. — (Горячий шоколад. Зарубежная коллекция).

 

ISBN 978-5-389-33969-9

 

16+

 

Птичий остров — дом Дилли, источник творческого вдохновения. Именно благодаря ему она стала успешной художницей. Но останавливаться на достигнутом не стоит, особенно когда пережила многое и хочется опустить руки. Особенно когда мужчина, которого ты любила, оказался аферистом и всего-навсего хотел прибрать твое состояние.

Дилли и не собирается сдаваться. Она продолжает писать картины, давать уроки живописи для местных жителей, думать над будущими концепциями выставок. И вот удача: на аукцион попадает историческая недвижимость — легендарный маяк Птичьего острова, важный не только для местного комьюнити, но и для ее семьи. Дилли чувствует: сама судьба велит ей побороться за него.

Но не все так просто. Едва у Дилли получается забыть прошлую любовь, как на острове появляется первая — ее преподаватель Макс, когда-то совершенно недоступный, но теперь? Кажется, их влечение друг к другу взаимно, и Дилли едва может в это поверить: чудесный мужчина, любимая карьера, маяк, который сохранил частичку истории ее семьи. Жизнь Дилли словно в шаге от того, чтобы стать идеальной. Если ничего не помешает вдруг ей сделать этот шаг.

 

© Christie Barlow, 2025

© Школа перевода Баканова, 2026

© Издание на русском языке, оформление.
ООО «Издательство АЗБУКА», 2026

 

Птичий остров

Октябрь 1950

уман сгущается, — сказала Бетти Роуз, глядя на Голубую бухту из окна дома смотрителя.

Жители острова под названием «Птичий» давно привыкли к сильным штормам. ­Красно-белая башня маяка в шестистах ярдах от пристани вырисовывалась надежным оплотом на фоне грозового неба. Фонарь неустанно мигал, прорезая густую мглу, его вращающийся луч выхватывал из тени рваные клочья тумана.

— Маку сегодня не продохнуть, но надеюсь, Эрик скоро вернется! Как подумаю, что он в море в такую погоду!.. — Сжимая в ладонях кружку, она выискивала взглядом знакомую фигуру мужа в большой рыбацкой штормовке.

— Сейчас не до тумана! Я, кажется, рожаю.

Резко обернувшись, Бетти увидела в дверях Сельби — та с болезненной гримасой держалась за живот.

Хлоп!

Воды отошли, будто прорвало плотину. Еще минуту назад подруги мирно пили чай с пирожными, а теперь стояли посереди гостиной в луже.

— Я еще с утра почувствовала себя странно.

— Сильно болит?

— Спрашиваешь! Очень! — Живот свело новой судорогой, и Сельби поморщилась.

— Схватки частые?

— Более чем.

Еще раз с надеждой взглянув в окно, Бетти поспешила к таблице приливов на стене. Быстро провела пальцем по датам в левой колонке. Остановившись на нужной, проследила время приливов.

— Сельби, акушерка сюда не доберется! Дамбу уже затопило, и туман сгущается!

Сельби вновь застонала, схватившись за живот.

— Надо предупредить Мака!

Мак Синтон был главным смотрителем маяка Птичьего острова — так же, как его отец, дед и прадед. У него было три помощника — они работали посменно, шесть недель через две. Супруги ждали первенца, и Мак подгадал отпуск под предполагаемую дату родов. Однако ребенок решил появиться на свет раньше срока.

Погода ухудшалась с каждой секундой, а значит, дел у Мака невпроворот. Никто на маяке не станет вглядываться в сторону пристани. А если и станет, не разглядит семафорные флажки. Один из смотрителей будет подавать туманный сигнал, другой — заниматься фонарем. В любом случае Мак не сможет покинуть пост в такую погоду. Сегодня безопасность судов превыше всего.

Бетти знала, что ­вот-вот начнут подавать туманные сигналы. С равными интервалами стрелять из пушки, чтобы направить корабли по безопасному курсу.

— Вряд ли получится предупредить Мака, — тихо сказала она.

— Бетти, давай попытаемся. Он должен знать! — взмолилась Сельби.

Бетти на секунду задумалась.

— Хорошо, я попробую! — решила она.

Метнувшись в прихожую, она накинула куртку, сунула ноги в сапоги, схватила перчатки.

— Где флажки?

Сельби указала на сумку возле комода.

— Я минут на десять — не больше! Ты пока ложись. Постарайся не волноваться.

Сельби кивнула.

— Помнишь, как ими пользоваться?

— Конечно. Я же стояла рядом на пирсе, когда ты сигналила Маку в первые месяцы его работы.

Таков был еженедельный ритуал, с помощью которого смотрители получали вести от родных.

Каждое воскресенье в десять утра друзья и родственники работников маяка приходили в гавань и, стоя на краю пирса, сообщали новости с помощью флажковой азбуки, а смотрители наблюдали через телескоп. Каждой букве соответствовало определенное положение красных и желтых сигнальных флагов.

Закинув сумку на плечо, Бетти распахнула входную дверь и поспешила на пирс. Шторм разгулялся, в прибрежных скалах завывал ветер, волны с грохотом разбивались о камни. Заняв привычное место, она начала подавать сигналы, отчаянно размахивая флажками, чтобы привлечь внимание людей на маяке. Руки Бетти метались в бешеном танце, букву за буквой выписывая срочное послание.

С–Е–Л–Ь–Б–И–Р–О–Ж–А–Е–Т

Ответа не было — даже намека на то, что ­кто-то на маяке ее заметил. Впрочем, неудивительно: погода портилась и им явно есть чем заняться.

— Что ты тут делаешь? В ­такой-то холод! — Обернувшись, Бетти увидела, как к ней приближается ее муж Эрик. — Мы еле причалили. Жуткий шторм! Скорей бы добраться до дома и растопить камин.

— Сельби… У нее начинаются роды. Я хотела сообщить Маку, но ничего не выходит.

— Немудрено. У него сейчас дел по горло.

В ту же секунду раздался первый пушечный выстрел, заставив Бетти подпрыгнуть от неожиданности.

— До Мака сейчас не достучишься.

Бетти слегка наклонилась вперед и поцеловала мужа.

— Акушерка не сможет пересечь дамбу, мне придется принять ребенка самой.

— Могу я ­чем-то помочь?

— Отвези меня к маяку! — Обернувшись, Бетти и Эрик увидели укутанную в плащ Сельби. — Мне нужен Мак.

Бетти взяла подругу за руку.

— Сельби Синтон, ты сошла с ума. Это слишком опасно! Из пушек стреляют, туман сгущается. К тому же море неспокойно.

— Пожалуйста! Здесь недалеко.

Эрик перевел взгляд с Бетти на Сельби и обратно.

— Не думаю, что…

— Пожалуйста! — упрашивала Сельби. — Я хочу быть рядом с мужем. Я не могу рожать без него.

Бетти даже представить не могла, насколько испугана Сельби — до конца срока оставалось еще три недели.

— Если ты меня не повезешь, я буду грести сама! — заявила Сельби, однако очередная схватка заставила ее испустить крик, который можно было спутать с воплями носящихся вокруг чаек.

— Эрик, выводи лодку! — решилась Бетти. — Я еду с тобой, — добавила она, обращаясь к Сельби. — Ты не можешь рожать одна.

Эрик с сомнением смотрел на море. До маяка и вправду недалеко, но, если с Сельби ­что-то случится, он себя никогда не простит… и Мак тоже. Вновь прогремел выстрел из пушки.

— Скорее, Эрик! Выводи лодку, пока еще хоть ­что-то видно, — скомандовала Бетти.

Эрик припустил к лодочному сараю, отвязал одну из лодок и, прихватив пару весел, поволок ее по песку к воде. Затем помог забраться Сельби — та сразу сжалась в комок, обхватив колени.

— Ох, не нравится мне эта затея! — шепнул он Бетти.

— Мне тоже, но что еще мы можем сделать? Только отвезти ее — и поскорей.

Они переглянулись, затем Бетти залезла в лодку и взяла Сельби за руку. Море было неспокойным, воздух обжигал холодом — за последний час температура значительно упала.

Эрик столкнул лодку на воду, вброд преодолев отмель, сел внутрь и принялся размашисто грести.

Он молча работал веслами, Сельби изредка тихо постанывала; вскоре они подплыли к маяку, и Эрик ухватился за веревку на краю пристани.

— Бетти, вылезай первой. Смотри, не раскачивай лодку.

Выбравшись на пристань, Бетти подала руку подруге. Сельби медленно поднялась по лестнице. Эрик вылез последним, предварительно привязав лодку.

— Спасибо, что довез нас целыми и невредимыми! — Бетти тронула Эрика за рукав, а затем посмотрела вверх, на башню.

— Когда вас забирать?

Бетти взглянула на Сельби.

— Наверное, через сорок восемь часов. Я оставила флажки на пристани. Захвати их, пожалуйста, и посигналь нам завтра около десяти. Я сообщу, как дела.

Кивнув, он поцеловал жену. Все трое подпрыгнули от очередного выстрела, за которым последовал вой сирены.

— Зачем включили сирену? — забеспокоилась Бетти.

— Должно быть, лодка сбилась с пути и подошла слишком близко к скалам. Идите внутрь, помоги Сельби устроиться, — ответил Эрик.

В этот момент раздались крики — они узнали голос Мака.

— Мак! — звучно окликнул Эрик. — Мак!

Перед ними появился встревоженный Мак. Он переводил взгляд с одного лица на другое, будто не веря своим глазам.

— Что вы тут делаете? — Его взгляд остановился на Сельби. — Что случилось?

— Роды начались. Я не хотела быть одна.

Шумно выдохнув, Мак заключил жену в объятия.

— Иди в мою комнату. В шкафу чистые полотенца. Я вернусь, как только смогу, у нас проблема.

Мак вздрогнул и оглянулся при звуке очередного выстрела.

— Лодка налетела на скалы. На борту, вероятно, есть женщины и дети… — Мак явно колебался. — Мне очень жаль, но я должен идти, надо им помочь. — Он вновь обнял Сельби. — Я люблю тебя. — Он попятился и через секунду исчез в тумане.

— Мак, подожди, я с тобой! — Эрик поспешил за ним. Бетти едва успела крикнуть ему вслед:

— Будь осторожен!

Глядя на винтовую лестницу, ведущую в жилые комнаты, Бетти подумала, что преодолеть эти ступени сложнее, чем родить.

— Справишься?

Сельби взглянула наверх.

— Придется.

Медленно, держась за перила и отдыхая через каждые две ступени, она начала подъем.

— Еще немножко! — подбадривала Бетти.

Когда они добрались до следующего пролета, Сельби указала на комнату Мака.

Бетти открыла дверь. Ее встретили серые, как туман за окном, стены и аскетичная обстановка: узкая кровать, платяной шкаф и тумбочка с фотографией Сельби. К счастью, в помещении было натоплено.

Бетти подвела Сельби к кровати. Присев на краешек, та сняла шарф и выбралась из плаща, который Бетти быстро повесила на дверной крючок.

— Я не могу согнуться! — беспомощно произнесла Сельби, глядя на свои ботинки.

Бетти улыбнулась, сняла с нее обувь и взбила подушки.

— Как лучше — лежа или полусидя?

Сельби чуть подвинулась и легла.

— Удобней уже не будет.

— Нам обеим это впервой. Я ни разу не принимала роды, а ты ни разу не рожала.

— Хочешь, поменяемся? — слабо улыбнулась Сельби.

— Уже не получится. Я принесу чистые полотенца и воду. Скоро вернусь.

Сельби судорожно вцепилась в простыни, когда ее настигла следующая схватка. Судя по их частоте, ребенок действительно был на подходе.

— Мне нужен Мак! — прокричала она.

Бетти появилась в дверях со стопкой полотенец и поставила рядом с кроватью таз с водой. Смочив тряпку, протерла лоб Сельби.

— Он придет, как только освободится, — успокаивала она, — а пока…

Сельби в приступе боли вновь схватилась за живот — было понятно, что ребенок не заставит себя ждать. Согнув колени, она подняла юбку, а Бетти помогла ей снять колготки и белье.

— Я посмотрю, что там происходит. Можно?

Сельби кивнула, до онемения сжав руку Бетти.

— Он выходит! — крикнула Сельби, корчась от боли.

— Успокойся. Дыши, дыши. Ты молодец!

— Я хочу тужиться.

— Дождись схватки и тужься!

Схватка вскоре пришла. Сельби стонала, Бетти вытирала ей лоб, держа за руку. Затем проверила вновь.

— Головка показалась! Я вижу голову.

— Надо еще раз потужиться.

Ребенок не терял времени. По искаженному лицу подруги Бетти поняла, что началась новая схватка. Сельби тужилась изо всех сил. Упершись ногой в руку Бетти, она издала гортанный рык. Последнее усилие — и скользкий живой комочек оказался в руках Бетти. Та быстро очистила рот и носик младенца от слизи. Раздался крик, и Бетти облегченно выдохнула.

Слезы облегчения катились по щекам изможденной Сельби.

— Это девочка, и она такая красивая! — Завернув новорожденную в полотенце, Бетти протянула ее Сельби.

На лестнице раздались торопливые шаги.

— У нас дочка! — крикнула Сельби.

Обе ожидали увидеть в дверном проеме Мака. Однако появился убитый горем Эрик.

— Бетти, можно тебя на минуту?

Поняв по его лицу, что случилось нечто ужасное, Бетти с тяжелым сердцем вышла, прикрыв за собой дверь.

— В чем дело? Что случилось?

— Не знаю, как сказать… — шепнул Эрик, закрыл глаза и сделал глубокий вдох. — Мака смыло в море, когда он пытался помочь людям в разбившейся о скалы лодке.

Бетти, зажмурившись, припала к груди мужа, затем медленно отстранилась.

— Хочешь сказать, Мак погиб?

— Да, — кивнул Эрик. — Он не выплыл. Его смыло волной, и мы потеряли его из виду. Никто не мог его спасти.

Бетти взглянула на дверь, потом опять на Эрика. Проглотив ком в горле, она смахнула слезы, глубоко вздохнула, медленно зашла в спальню и прикрыла за собой дверь. Через пару секунд до Эрика донесся душераздирающий вопль Сельби.

 

Птичий остров

Наши дни

о открытия галереи оставалось полчаса, и Дилли Уотерс решила убить двух зайцев, заскочив в кондитерскую в конце ­Лайтхаус-лейн. Тихо звякнул колокольчик над дверью, и Дилли окутал аромат свежих булочек.

— Клемми! — окликнула Дилли. Ее лучшая подружка, как всегда увлеченно, раскладывала выпечку. — У тебя случайно не найдется винтажной декоративной вазы? И сдобу с корицей, пожалуйста!

— Ты пришла по адресу! Сдоба с корицей… — Клемми положила булочку в пакет. — Какого размера ваза тебе нужна?

— Хороший вопрос. Я не уверена. Маленькая, средняя или большая. Зависит…

— От чего? — Клемми заметила хитрый блеск в глазах Дилли. — Делайла Уотерс, я по лицу вижу: ты ­что-то задумала! — Она с подозрением прищурилась. — ­Что-то… дерзкое.

Дилли оглянулась через плечо и, убедившись, что никто не слышит, шепнула:

— Даже не представляешь, насколько дерзкое! Ваза должна прикрыть… член.

— ­Что-что? Я не ослышалась?

— Нет. Только не знаю, насколько большим он будет.

— Чей член? — удивленно воззрилась на нее Клемми. — Я требую объяснений.

— На следующем ­мастер-классе, — улыбаясь, продолжила Дилли, — я решила внести немного разнообразия. У меня давно появилась идея.

— Дополнить вазу с фруктами голым мужчиной?

— Совершенно верно!

— Совсем рехнулась. Кто сообщает с утра такие новости?

Дилли хихикнула.

— Будет весело! Дружеская компания, пара бокальчиков просекко, творческое вдохновение и немного неловкости.

— Уверена, останутся бессмертные шедевры и воспоминания на всю жизнь!

— Все будет чинно и благородно! Натурщика я запросила в агентстве. Остается только набрать желающих. Думаю, получатся хорошие посиделки вроде девичника.

— Запиши меня! — тут же решилась Клемми. — Девчонок тоже упрашивать не придется. Амелия и Робин точно придут, Верити ­как-нибудь уговорим.

Амелия, Клемми и Дилли дружили всю жизнь. Выросли на острове, вместе учились в колледже. Амелия, мечтающая стать писательницей, владела «Лавкой сказок» — книжным магазином на ­Лайтхаус-лейн. Робин была главным пекарем в пекарне «Пляжная». Робин поселилась на Птичьем острове десять лет назад и уже стала его неотъемлемой частью. Верити приехала совсем недавно, но моментально влилась в компанию. Она работала ассистенткой в ветеринарной клинике на утесе.

— Чудесно!

— Как дела в галерее?

— Очень хорошо. Картины разлетаются, не успеваю рисовать, но вечера все равно свободны, а мне нельзя сидеть без дела, не то опять раскисну… — Лицо Дилли омрачилось.

— Правильно, ты молодец! — поддержала ее Клемми.

— Без вас я не справилась бы. Порой бывает нелегко, но я стараюсь себя хвалить, гордиться успехами.

— Правильно! Ты талантище и ни в чем не виновата! Напоролась на афериста, вон их сколько развелось. Этот красавчик знал, что делает.

Пару лет назад жизнь Дилли Уотерс круто изменилась: один известный музыкант, гостивший на острове, приобрел у нее несколько картин с излюбленным сюжетом — море, причудливые маяки и яркоклювые тупики. «Нетфликс» снял об этой поездке документальный фильм, после выхода которого Дилли проснулась знаменитой — ее приглашали на радио и утренние передачи, узнавали на улице. Социальные сети ломились от запросов в друзья, в некогда тихой галерее на Птичьем ­острове не было отбоя от посетителей, а картины буквально сметали со стен — она едва успевала рисовать новые.

Несколько месяцев спустя в галерею забрел сногсшибательно красивый и обаятельный мужчина, который моментально привлек внимание Дилли. Пошитый на заказ костюм идеально сидел на спортивной фигуре, а на губах играла очаровательная улыбка. Он покорил Дилли сразу — непринужденностью, искренним интересом и тонким флиртом. Они влюбились друг в друга без памяти, и он быстро переехал к ней.

Однако, как часто случается в жизни, все оказалось слишком хорошо, чтобы быть правдой, и красивая история окончилась грандиозным провалом.

— Я едва не отдала этому мерзавцу наследство. Еще бы ­чуть-чуть!.. — Дилли сблизила большой и указательный пальцы, демонстрируя, насколько была к этому близка. — Как я могла так втрескаться — по самые уши!

— Мне он никогда не нравился, — призналась Клемми.

— Он почти никому здесь не нравился. Даже папе!

— Откуда тебе было знать, что Джайлс Фокс — профессиональный любовный аферист. К тому же серьезно настроенный.

— Он разбил мне сердце, я теперь совсем не доверяю мужчинам.

— Это пройдет, хотя, наверное, нужно время. Еще бы. Такое быстро не забывается.

— Что ж, буду пока развлекаться уроками живописи. Ты повесишь мое объявление на доске?

— Конечно! Готова спорить, твои уроки будут очень популярными.

— Надеюсь. Спасибо.

— Уроки? Какие уроки?

Бетти, бабушка Клемми и владелица кондитерской, появилась в дверях, как всегда, с широкой улыбкой на лице.

— У Дилли скоро новый ­мастер-класс, тебе понравится! — хитро сказала Клемми.

— Я ­горе-художник, даже человечка не нарисую.

— Как раз человечка мы и будем рисовать, точнее срисовывать… с натуры, — загадочно поправила Ди…