Фрагмент книги «Мудрая кровь»
— Семь минут, — не глядя на Хейза, ответил негр.
Присев на подлокотник, Хейз сказал:
— Я из Истрода.
— Ошиблись поездом. Вам на другую линию надо.
— Еду в город. Я лишь имел в виду, что родился в Истроде.
Проводник не ответил.
— Истрод, — громче повторил Хейз.
Задернув ширму, проводник произнес:
— Спальное место приготовить? Или что вам еще надо?
— Истрод, это рядом с Мелси.
Проводник опустил спальную полку с одной стороны.
— Я из Чикаго. — Опустив вторую полку, он нагнулся, и на шее у него проступили три мясистые складки.
— Ну да, заметно, — насмешливо ответил Хейз.
— Вы ноги в проход выставили. Кто-нибудь о них споткнется, — заметил проводник, резко разворачиваясь и проходя мимо.
Подскочив, Хейз выгнулся, будто подвешенный к потолку за веревочку.
Проводник двинулся в другой конец вагона, прекрасно удерживая на ходу равновесие. Хейз узнал его — чернокожего по имени Паррум, из Истрода. Вернувшись к себе на место, Хейз ссутулился и поставил одну ногу на трубу, проходящую вдоль стенки, под окном. Разум его наполнился воспоминаниями об Истроде, постепенно перекинувшимися на внешний мир, заполнившими пространство вокруг поезда и дальше, над пустыми, погружающимися в сумерки полями. Хейз заметил два дома, и дорогу цвета ржавчины, и негритянские лачужки, и сарай, и стойло, на стене которого трепетал клочок красно-белого плаката с рекламой банковских услуг.
— Так вы домой едете? — спросила миссис Хичкок.
Кисло взглянув на нее, Хейз стиснул в пальцах поля шляпы.
— Нет, не домой, — ответил он с резким гнусавым теннессийским акцентом.
Миссис Хичкок поведала, дескать, и она — не домой. А еще — что она до замужества носила фамилию Уэзермэн и что сейчас направляется во Флориду к замужней дочери Саре Люсиль. И что прежде на столь длинную поездку времени никак не хватало: слишком быстро происходят события, сменяя друг друга, и жизнь летит с такой скоростью… Не поймешь, молод ты или стар.
