Фрагмент книги «Пако Аррайя. По ту сторону пруда — 2. Страстная неделя»
— Я плохо понимаю, что же такого неприятного может ждать человека в библиотеке. Но в принципе я тоже за ужин. Я бы как раз перехватил Пола Черника.
Пол — давно уже наш друг, но и по-прежнему партнер. Он страхует ненормальных дельтапланеристов, сёрфингистов, скалолазов, спелеологов, дайверов и прочих экстремалов, которых мое туристическое агентство рассылает по всему миру в поисках ощущения настоящей жизни. Пол недавно развелся и, вместо того чтобы наслаждаться неожиданным даром свободы, часто работает в своем офисе по выходным. Он так борется с переживаниями. К тому же он иудей, и Вход Господень в Иерусалим к числу его праздников не относится.
— Если совсем честно, — призналась Джессика, — меня это тоже устраивает. Мне нужно дочитать рукопись, а семейные обеды так расхолаживают.
Джессика работает редактором в крупном издательстве, выпускающем в том числе воспоминания бывших шпионов. Я их тоже с удовольствием почитываю, оправдывая тем самым перед знакомыми свои познания в отдельной области человеческой суеты. Работает моя жена почти исключительно дома, но по утрам. Ее созидательной энергии хватает до обеда, потом она ходит по музеям и художественным галереям, встречается с подругами или занимается домашними делами.
— Ничего, что добрые христиане собираются работать в воскресенье, тем более Вербное?
Это во мне говорит моя профессиональная извращенность. Я уже понял, что все для меня складывается как нельзя более удачно и врать дальше не придется, поэтому делаю вид, что не очень-то и рад, что обед не состоится.
— А кто сказал, что я собираюсь работать?
Бобби чмокнул мать в щеку, хлопнул меня по спине и, пока мы не передумали, был таков. Он в наших поездках по Европе пристрастился к скутерам, мода на которые в Штаты так и не пришла. Так что теперь, куда бы он ни направлялся, у него на согнутой руке всегда висит черно-серый шлем. Вот он освободил своего боевого коня, прикованного за колесо к чугунной решетке, скрыл голову под своей защитной скорлупой и, отъезжая, махнул нам рукой. Джессика укоризненно покачала головой: ей кажется, что вести скутер одной рукой на скорости десять километров в час — безумное лихачество.
