Фрагмент книги «Последний выстрел»
1
Грей
В зале раздался женский крик, и рука Грейсона машинально метнулась к оружию. Уже в следующее мгновение он сделал вид, что всего лишь разминает плечо; если что-то и можно было квалифицировать как серьезную угрозу жизни и здоровью, так это бугристые бицепсы, обнажившиеся, когда Лука Барбарани закатал рукава. Если бы кому-то здесь отрубили голову или случилось землетрясение, реакция и то не была бы такой бурной.
Крикунья затерялась в толпе, чересчур большой, на взгляд Грея. Он едва мог различить Луку, который то и дело исчезал в потоке шпилек и атласа ненасытных обладательниц билета.
В Древнем Риме существовал особый вид казни — poena cullei. Обычно ее применяли к виновным в убийстве родственников, особенно отца: преступника сажали в мешок вместе с обезьяной, петухом, змеей и собакой и бросали в реку.
Кто-то, возможно, скажет, что организацию первой в истории «Битвы стриптизерш» на отцовской винодельне вряд ли можно приравнять к убийству члена семьи. Но, к несчастью для Луки, его отец, винный магнат Джованни Барбарани, был человеком крайне непростым. Его определяли два главных качества: приверженность традициям и итальянская кровь.
Так что вместо реки Луку бросили в зал для проведения официальных мероприятий городка Бинди-Бинди, а вместо четверки злобных, голодных зверей его атаковали шлюховатые одинокие дамочки с острыми акриловыми ногтями, рвущиеся сделать выигрышную ставку на сегодняшнем аукционе холостяков. Грею было не положено иметь собственное мнение по таким вопросам, но поскольку он с детства служил в семье Барбарани, то был уверен — будь у Луки выбор, он предпочел бы мешок.
Стоя в центре зала, Лука бросил страдальческий взгляд на Грея. Очередные коготки с ярким блестящим лаком поправляли его и без того идеально завязанный галстук-бабочку. Грей был невысокого мнения об умении Луки балансировать между стремлением к самостоятельности и обязанностями перед отцом — из-за чего Лука, собственно, и влип в данную ситуацию. Но свое внезапно вспыхнувшее сочувствие к Луке ему стоило засунуть куда подальше вместе со своим мнением.
