Фрагмент книги «Смерть лошадки»
XXXV
XXXVI
XXXVII
Примечания
Hervé Bazin
La Mort du petit cheval
Перевод с французского Надежды Жарковой
Иллюстрация на обложке Елены Капич
Базен, Эрве.
Смерть лошадки: роман / Эрве Базен; [пер. с франц. Н. Жарковой]. — М. : Издательство АЗБУКА, 2026. — (Все счастливые семьи).
ISBN 978-5-389-32849-5
16+
Юному Жану Резо исполнилось восемнадцать. Впереди яркая жизнь, полная надежд, любви и счастливых открытий. Или жалкое существование под гнетом его матери, бессердечной Психиморы?
Они не виделись несколько лет, но все это время она контролировала каждый его шаг. И теперь Психимора ставит ультиматум: поступление на юридический факультет или полное лишение денежной поддержки.
Но уступить матери — значит предать мечту о Школе журналистики. И что еще хуже — проиграть ей в их бесконечном сражении, что Жан Резо никак не может допустить.
© Éditions Grasset & Fasquelle, 1950
© Жаркова Н. М., наследники, перевод на русский язык, 2026
© Издание на русском языке, оформление.
ООО «Издательство АЗБУКА», 2026
I
Нахлобучив берет на самый лоб, я вошел в кабинет. Фелисьен Ладур, родной брат торговца кроличьими шкурками, ставшего чуть ли не магнатом кожевенной промышленности, рассматривал в лупу образчик распятого Христа. Поднеся муляж вплотную к своему единственному глазу, он вглядывался в него с такой страстью, словно молился. Весь стол завален был точно такими же муляжами. Но поскольку деревянных крестов еще не успели сделать, вся эта группа Иисусов, ждущих поклонения, имела почему-то не слишком мученический, а скорее уж спортивный вид. Я ждал, что они вот-вот начнут дружно выполнять различные приемы шведской гимнастики. Но Фелисьен Ладур, начисто лишенный воображения, вполне довольствовался ролью многоопытного и солидного директора «Сантимы», процветающей фирмы по изготовлению предметов религиозного культа, с которой мсье Резо, мой отец, и барон де Сель д’Озель, мой дядя, были связаны самыми благочестивыми интересами. В данный момент кривой, голосом куда более глубоким, чем его пустая глазная орбита, прикрытая моноклем из черной тафты, изрекал свои суждения насчет коммерческой ценности Иисусов.
